| Finally he promised that he would leave her mistress's presence at an early hour that evening, and that when he left the mistress he would ascend with the maid. | К тому же он обещал девушке, что вечером рано уйдет от госпожи и, уходя от госпожи, придет к ней. |
| This promise completed poor Kitty's consolation. | И это обещание окончательно утешило бедняжку Кэтти. |
| 34 IN WHICH THE EQUIPMENT OF ARAMIS AND PORTHOS IS TREATED OF | IV В КОТОРОЙ ГОВОРИТСЯ ОБ ЭКИПИРОВКЕ АРАМИСА И ПОРТОСА |
| Since the four friends had been each in search of his equipments, there had been no fixed meeting between them. | С тех пор как четыре друга были заняты поисками экипировки, они перестали регулярно собираться вместе. |
| They dined apart from one another, wherever they might happen to be, or rather where they could. | Все они обедали врозь, где придется или, вернее, где удастся. |
| Duty likewise on its part took a portion of that precious time which was gliding away so rapidly-only they had agreed to meet once a week, about one o'clock, at the residence of Athos, seeing that he, in agreement with the vow he had formed, did not pass over the threshold of his door. | Служба тоже отнимала часть драгоценного времени, проходившего так быстро. Однако раз в неделю, около часу дня, было условлено встречаться в квартире Атоса, поскольку последний оставался верен своей клятве и не выходил из дому. |
| This day of reunion was the same day as that on which Kitty came to find d'Artagnan. | Тот день, когда Кэтти приходила к д'Артаньяну, как раз был днем сбора друзей. |
| Soon as Kitty left him, d'Artagnan directed his steps toward the Rue Ferou. | Как только Кэтти ушла, д'Артаньян отправился на улицу Феру. |
| He found Athos and Aramis philosophizing. | Он застал Атоса и Арамиса за философской беседой. |
| Aramis had some slight inclination to resume the cassock. | Арамис подумывал о том, чтобы снова надеть рясу. |
| Athos, according to his system, neither encouraged nor dissuaded him. | Атос, по обыкновению, не разубеждал, но и не поощрял его. |
| Athos believed that everyone should be left to his own free will. | Он держался того мнения, что каждый волен в своих действиях. |
| He never gave advice but when it was asked, and even then he required to be asked twice. | Советы он давал лишь тогда, когда его просили, и притом очень просили об этом. |
| "People, in general," he said, "only ask advice not to follow it; or if they do follow it, it is for the sake of having someone to blame for having given it." | "Обычно люди обращаются за советом, - говорил Атос, - только для того, чтобы не следовать ему, а если кто-нибудь и следует совету, то только для того, чтобы было кого упрекнуть впоследствии". |
| Porthos arrived a minute after d'Artagnan. | Вслед за д'Артаньяном пришел и Портос. |
| The four friends were reunited. | Итак, все четыре друга были в сборе. |
| The four countenances expressed four different feelings: that of Porthos, tranquillity; that of d'Artagnan, hope; that of Aramis, uneasiness; that of Athos, carelessness. | Четыре лица выражали четыре различных чувства: лицо Портоса - спокойствие, лицо д'Артаньяна - надежду, лицо Арамиса - тревогу, лицо Атоса - беспечность. |
| At the end of a moment's conversation, in which Porthos hinted that a lady of elevated rank had condescended to relieve him from his embarrassment, Mousqueton entered. | После минутной беседы, в которой Портос успел намекнуть на то, что некая высокопоставленная особа пожелала вывести его из затруднительного положения, явился Мушкетон. |
