| Only they sent Mousqueton to tell Planchet that his master was requested, the instant that he left the trenches, to come to the quarters of the Musketeers. | Но они послали Мушкетона сказать Планше, что его господина просят, когда он сменится с караула в траншее, немедленно прийти на квартиру мушкетеров. |
| Milady, as Athos had foreseen, on finding the two men that awaited her, made no difficulty in following them. | Что же касается миледи, то она, как предвидел Атос, застав у дверей трактира поджидавших ее людей, без всяких возражений последовала за ними. |
| She had had for an instant an inclination to be reconducted to the cardinal, and relate everything to him; but a revelation on her part would bring about a revelation on the part of Athos. She might say that Athos had hanged her; but then Athos would tell that she was branded. | На миг у нее, правда, возникло желание вернуться, явиться к кардиналу и все рассказать ему, но ее разоблачение повлекло бы за собой разоблачение со стороны Атоса; она, положим, сказала бы, что Атос некогда повесил ее, но тогда Атос сказал бы, что она заклеймена. |
| She thought it was best to preserve silence, to discreetly set off to accomplish her difficult mission with her usual skill; and then, all things being accomplished to the satisfaction of the cardinal, to come to him and claim her vengeance. | Она рассудила, что лучше будет молчать, тайно уехать, исполнить со свойственной ей ловкостью взятое на себя трудное поручение, а потом, после того как все будет сделано к полному удовлетворению кардинала, приехать к нему и потребовать, чтобы он помог ей отомстить за себя. |
| In consequence, after having traveled all night, at seven o'clock she was at the fort of the Point; at eight o'clock she had embarked; and at nine, the vessel, which with letters of marque from the cardinal was supposed to be sailing for Bayonne, raised anchor, and steered its course toward England. | Итак, проведя в седле всю ночь, она в семь часов утра прибыла в форт Ла-Пуэнт, в восемь часов была уже на борту, а в девять часов корабль, снабженный каперным свидетельством за подписью кардинала и якобы готовый к отплытию в Байону, снялся с якоря и взял курс к берегам Англии. |
| 46 THE BASTION SAINT-GERVAIS | XVI БАСТИОН СЕН-ЖЕРВЕ |
| On arriving at the lodgings of his three friends, d'Artagnan found them assembled in the same chamber. Athos was meditating; Porthos was twisting his mustache; Aramis was saying his prayers in a charming little Book of Hours, bound in blue velvet. | Явившись к своим друзьям, д'Артаньян застал их всех вместе в одной комнате: Атос о чем-то размышлял; Портос покручивал усы; Арамис молился по прелестному небольшому молитвеннику в голубом бархатном переплете. |
| "Pardieu, gentlemen," said he. | - Черт возьми, господа! - сказал д'Артаньян. |
| "I hope what you have to tell me is worth the trouble, or else, I warn you, I will not pardon you for making me come here instead of getting a little rest after a night spent in taking and dismantling a bastion. | - Надеюсь, вам надо сообщить мне что-нибудь заслуживающее внимания, иначе, предупреждаю, я не прощу вам, что вы заставили меня прийти, не дав мне отдохнуть после нынешней ночи, после того как я брал и разрушал бастион! |
| Ah, why were you not there, gentlemen? | Ах, как жаль, господа, что вас там не было! |
| It was warm work." | Жаркое было дело! |
| "We were in a place where it was not very cold," replied Porthos, giving his mustache a twist which was peculiar to him. | - Мы попали в другое место, где было тоже не холодно, - ответил Портос, придавая своим усам неподражаемый изгиб. |
| "Hush!" said Athos. | -Тсс! - вставил Атос. |
