Он вовсе не собирался заводить очередную перебранку с Грегом, но тот был готов к ссоре всегда и всюду. Выручил Демис, который выскочил на сцену, как всегда радостный, сверкающий белыми зубами и залысинами.
— Я поздравляю нас всех! Мы сделали это, премьера удалась! Я так благодарен вам, так рад!
«Ты еще попрыгай от счастья», — подумал Синди. Усталость снова стала настигать его, возбуждение ушло. Хотелось спать, желательно, не в одиночестве, но Лиу был с родителями, а значит, и в этом Синди было отказано.
— Я предлагаю всем нам заказать еду из ресторана и устроить небольшой капустник в честь удачного начала!
Об энтузиазм Демиса можно было обжечься, но на Синди он не действовал. Синди был рад тому, что произошло, что все они сделали, но пытаться еще что-то праздновать с этими людьми, большинство из которых его не терпело, было выше его сил.
— Я пойду домой, Демис, — сказал он. — Это было круто. Я тоже рад, что был тут.
— Да? — Синди не мог понять, на самом деле режиссер огорчен или ловко притворился. — Очень жаль, отметили бы все вместе…
— Синди, оставайся, — подала вдруг голос девочка, игравшая злого духа. Синди удивился: оказалось, некоторые коллеги все-таки испытывали к нему теплые чувства — или виной тому была радость от премьеры, а отсюда и снисходительность.
С другой стороны из-за кулис вышел Цу-О, и Синди укрепился в своем решении уйти.
— Спасибо, малышка, — подмигнул он, — но темный властелин пойдет зализывать раны домой и примет там пятьдесят капель чая. Но мы еще повоюем!
Он помахал рукой и пошел переодеваться. Грег Охала, конечно, не смолчал.
— Зло уползает прочь, поверженное! Добро и справедливость торжествуют!
— Лучше бы торжествовал разум, — пробормотал Синди. У него так и чесались кулаки заехать Грегу в нос, хотя драться танцор не умел никогда, но он слишком устал для разборок. Премьера выжала его досуха.
Оказалось, что в одиночестве ему все-таки было отказано в этот вечер. У служебного входа его поджидал Квентин, а чуть поодаль — «четверка».
— Я сначала подумал, что ты захочешь отпраздновать со всеми, — сказал маэстро, — но решил все же немного подождать.
— Не хочется праздновать… с ними, — признался Синди. — Кажется, я теперь официально признан отступником.
— Нашел, о чем беспокоиться.
Тем временем, ученикам, которые дали сначала высказаться Квентину, директору и звезде первой величины, надоело ждать, и они поспешили поздравить Синди.
— Это было… — Конрад задумался, подбирая нужные слова.
— Чувственно, — закончила за него Влада, размахивая рукой с зажатой в ней сигаретой. Неодобрение маэстро она старательно не замечала. — Не знаю, как другие, а мне было жалко Зло.
— Мне тоже, — поддержала Люси. — Ты… ну, то есть, он, был такой трогательный. Не понимаю, почему Принцесса выбрала этого придурка с мечом!
— Женщины! — засмеялся Конрад. — Мужики ради них подвиги совершают, а они на чужие жалобные глазки западают!
— Посмотрим, что скажут мужчины, — вдруг сказал Квентин. — Точнее, конкретный мужчина.
— Вы о ком? — не понял Синди.
— Я позволил себе привести сюда одного театрального обозревателя. Он весьма известен в своем кругу, его мнению доверяют.
— Ничего себе… — пробормотал Синди, который немедленно представил себе разгромную статью. — «Домино» — это же так, маленький театрик…
— Точь-в-точь его слова. Но я его убедил.
Разгромная статья в воображении Синди выросла в два раза и наполнилась едкими замечаниями.
— Не бледней, — улыбнулся Квентин. — Жорж суров, но справедлив.
— А… как ему? — спросил Синди.
— Понятия не имею. Пока Жорж не напишет статью, он нем, как камень. Увидишь завтра или послезавтра в обзорах. А пока я рекомендовал бы тебе выпить чего-нибудь тонизирующего, если ты не собираешься немедля лечь спать.
— Ну что, — Синди улыбнулся, переводя взгляд от одного лица к другому, — не откажетесь выпить за будущие победы Зла?
Ни одного противника темной стороны поблизости не оказалось.
Статья вышла на следующий вечер. Квентин не преувеличивал, когда говорил, что его знакомый — уважаемый в своем кругу обозреватель. Ссылка на статью находилась на главной странице портала новостей о культурной жизни Парнаса — по сути, главного сайта города. Если упоминания театра «Домино» и встречались там раньше, то разве что в каталоге театров, где перечислялись даже самые захудалые сцены.
Синди не обмануло предчувствие перед премьерой. Она на самом деле должна была определить его дальнейший путь, а статья становилась приговором, то ли обвинительным, то ли оправдательным. От волнения строчки прыгали у Синди перед глазами, он читал выборочно, кусками, пытаясь уловить суть.
«…сценарий предельно прост, даже наивен, и возвращает зрителя к любимым в детстве сказкам…»
«…музыка для постановки полностью написана режиссером и ранее нигде не воспроизводилась. Если оценивать ее как самостоятельное произведение…»
«…стоит отдельно отметить работу художника по костюмам…»
