— Эй, чикса, пошли прогуляемся! — бритый наголо вожак, пережевывающий жвачку и из-за этого говоривший еле внятно, заступил дорогу, и Синди сделал шаг назад. Фонари горели неярко, а на улице, как назло, не было ни души, кроме них четверых. Наверное, если закричать, кто-нибудь вышел бы. Наверное. Может быть. Синди надеялся, что все еще разрешится благополучно, и мотнул головой, выдавив улыбку.
— Не, ты чо? — вступил в разговор второй, из-за татуировок пестревший цветными пятнами, как политическая карта мира. — Не ссы ты, не обидим. Все культурно, посидим-выпьем, музон врубим. Тебе чо, западло с нами посидеть?!
Синди было страшно. Он знал, что живет не в самом спокойном районе Анатара, случались тут и грабежи, и изнасилования, и убийства, и шныряли такие вот банды, которые сколачивались, когда их участники еще не выходили из подросткового возраста. К полному совершеннолетию часть из них уже отправлялась по тюрьмам, а оставшиеся, злые, вечно голодные и жадные до чужого добра, не гнушающиеся всей толпой избивать одиночку, рассеивались по городу, кто куда. Все это Синди знал, но до сих пор судьба хранила его от подобных столкновений. Судьба и верный Тим…
— Парни, я устала, домой хочу, давайте в другой раз, — выдавил он, уже зная, что это не подействует. Так и вышло, более того — стало еще хуже.
— Че-то мне не нравится твой голос, — лидер банды нехорошо прищурился и сунул руку в карман. «Что там?» — мелькнула мысль у Синди, — «Нож? Цепь?» — А ну, выйди под фонарь.
Никто никуда не пошел, но было поздно — хозяева местных подворотен поняли свою ошибку.
— Да это транс, парни!
И, уже в спину Синди, который рванул с места, не дожидаясь, пока банда убедится в правильности своей догадки:
— Бей пидорасню!
Никогда до этого Синди не бегал так, как в тот вечер, когда за ним неслись уверенные в своей безнаказанности три головореза, которые решили за что-то проучить «голубого». Его выручило то, что вместо любимых своих каблуков танцор натянул после выступления спортивную обувь, иначе он мог попрощаться со здоровьем, а то и с жизнью. До дома было уже недалеко, сзади сопели и матерились, Синди поднажал, но все-таки эти трое были сильнее и быстрее него, тяжелое дыхание, казалось, звучало около самого уха, хотя в таком случае, конечно, его давно сбили бы на землю.
— Стой, сука, все равно догоним! — хрипло заорали сзади. «Догонят», — понял Синди и побежал быстрее, чувствуя, что легкие горят, а сердце заходится. Нельзя было дышать ртом при беге, но на правильное дыхание сил не хватало.
У самого дома он в последний момент вспомнил, что под неработающим фонарем торчит кусок арматуры — бригада, чинившая дорогу, так и не закончила свою работу, и из покрытия вылезал металлический штырь. Синди птицей перелетел через него; мат за спиной стал еще грязнее — один из преследователей в темноте ничего не заметил и растянулся на дороге, два других наткнулись на него, погоня на время захлебнулась, и этого хватило Синди, чтобы открыть подъезд, залететь внутрь и захлопнуть за собой дверь.
Даже в подъезде он не осмелился остановиться и отдышаться, а сразу метнулся к лифту и немного успокоился только, когда кабина поползла вверх. Легкие пылали, сердце билось так, будто хотело вырваться наружу и убежать от своего хозяина, который так плохо с ним обращался.
Уже заходя в квартиру, Синди запоздало подумал, что если Фредди увидит его в таком состоянии, то встречать его на остановке будет семейство в полном составе, но ему повезло — в квартире бушевала очередная гулянка. Кто-то отплясывал в центре зала, кто-то в углу показывал, как правильно курить какие-то листья, от которых по всей комнате тянулся на редкость вонючий дым, в другом углу шла оживленная беседа о современном искусстве, и Фредди, уже успевшей выпить чего-то крепкого, было не до друга. Его появление и странное состояние заметила только Джу, которая как раз шла со стаканами на кухню.
— Ты что такой заполошный? — спросила она, увидев растрепанного Синди. — И что с дыханием? Ты что, бежал?
— Лифт не работает, — зачем-то соврал Синди. — Бежал, ага. По лестнице.
Джу смерила его подозрительным взглядом и, кажется, не поверила, но оставила комментарии при себе. На ее счет Синди мог не волноваться — тихая медсестра не имела привычки делиться своими догадками и замыслами, во всяком случае, Синди ни разу ничего подобного от нее не слышал.
Он еле отдышался, и только тогда до него дошло, чего он еле избежал, пытаясь проявить самостоятельность, на поверку оказавшуюся банальной глупостью. Синди спасли кроссовки, металлический штырь и неработающий фонарь. В голове сразу же проявилась картина того, что сделали бы с ним те трое на улице, не подвернись им под ноги арматура, и транса стало подташнивать. Он еще успел бы ужаснуться и забиться в угол подальше, где бы его никто не стал бы беспокоить, но тут Фредди, наконец, заметила блудного танцора.
— Ааа, вот и ты, где тебя носит столько времени? — радостно завопила она. — Мы жаждем прекрасного! Так что вперед, показывать нам это самое прекрасное!
