На обратном пути в машине снова повисла тишина, но как это молчание, полное обиды Синди и, как ему казалось, равнодушия Майка, отличалось от того, которое возникло в салоне автомобиля по пути в «Хайлэнд»! Тогда Синди волновался и был полон предвкушения, теперь же его грызли обида и разочарование. Раньше он не смотрел на Майка, потому что боялся выдать свои чувства. Теперь он отворачивался, потому что не хотел видеть спутника. Майк о чем-то спросил, кажется, не холодно ли, Синди что-то неопределенно хмыкнул.
— Что-то не так?
«Браво. Бинго. Ты заебись какой умный, возьми с полки пряник. Вообще-то не так все с той минуты, как ты вышел из душа!».
Поскольку ничего из этой тирады вслух высказано не было, Майку пришлось искать решение самому.
— Тебе… не понравилось?
В его голосе скользнула такая искренняя тревога за свою состоятельность в постельных делах, что Синди невольно рассмеялся.
— Нет, — отозвался он ядовито, — мне сравнивать не с чем. Даже с тобой в другие моменты. Я хотел это исправить, но ты меня обломал.
— Ах, вот в чем дело, — понял, наконец, Майк. Он помолчал немного, автомобиль летел по ярко освещенной магистрали, как хищная черная птица. — Синди, я на самом деле работаю. Много. С этим приходится считаться, потому что даже когда я… устраиваю личную жизнь, меньше работы у меня не становится. Как и больше свободного времени, как тебе — да и мне тоже — хотелось бы.
— И ты предлагаешь трахаться по расписанию? Или в перерывах между совещаниями или что там у тебя еще бывает?
— Да можешь ты выслушать спокойно или нет?! — инженер впервые выглядел по-настоящему рассерженным тем, что Синди не мог понять очевидные для него, Майка, вещи. — Или ты способен думать только о себе?
«А кто еще обо мне подумает? Уж не ты ли?»
— Да, я много работаю, чтобы обеспечить себе нормальную жизнь, — продолжал тем временем Майк. — И сейчас хочу поехать домой, чтобы нормально выспаться — не могу я спокойно расслабиться в гостиничном номере. Это так трудно понять? При чем здесь расписания и совещания? Да, ты мне нравишься, но какого черта ты заставляешь меня оправдываться?
— Ничего я не заставляю… — попытался вставить слово Синди, но безуспешно.
— Я не… попрыгун-стрекозел, чтобы бездельничать в свое удовольствие. Если тебя это не устраивает, можешь искать себе богатого раздолбая, способного только прожигать деньги. Я хотел продолжить наши отношения, но ты же не думал, что я изменю ради тебя всю свою жизнь?!
«Я хотел продолжить наши отношения…»
— Теперь, значит, не хочешь? — тихо спросил Синди. — Ну, продолжать.
— Вообще-то хочу, — ответил Майк, который выпустил пар и уже говорил спокойнее. — Но без истерик и без попыток переделать меня и отучить работать.
— Что я, учитель, что ли… — пробормотал Синди. — А кто такой попрыгун-стрекозел?
— Что? А, это. Это мужской вариант Попрыгуньи Стрекозы из старой терранской басни. Не читал?
Синди мотнул головой. Он никогда не интересовался терранской литературой, да и вообще читал мало.
— Смысл в том, что если не будешь работать, а только развлекаться, то в итоге останешься босым и голодным на улице.
Это Синди прекрасно понимал и без всяких басен. Более того, их семейство было прекрасной иллюстрацией к ней — если не было работы, то не было и еды, приходилось выкручиваться. Танцор подумал, что древние терранцы, наверное, были какими-то отсталыми, если им приходилось разжевывать простейшие вещи. А вот одержимость Майка работой казалась ему странной, хотя, поразмыслив, Синди решил, что все так и получается: инженер работает куда больше, вот и зарабатывает куда больше… Что-то в этой схеме ему не нравилось, но он не успел понять, что, потому что машина затормозила около его дома.
— Ну, — хмуро спросил Майк, — что ты надумал?
Синди не решился рассказать ему про отсталых древних терранцев, про которых успел что-то надумать.
— Будешь воротить нос, если я решу потратить время не на твою персону? — спросил Майк еще мрачнее. Синди покосился в его сторону. Лицо мужчины за рулем было сердитым, усталым, он выглядел встревоженным и совсем не походил на человека, который решил развлечься с понравившимся парнем и вышвырнуть его вон. Синди вспомнил прикосновения нежных рук, поцелуи, пристальный взгляд…
— Не буду, — помотал головой Синди. — Я не знал, что это так важно. Вряд ли мне понравится, если ты будешь все время пропадать на работе… ну, кому это понравится! Но я понимаю…
— Вот и отлично, — кивнул Майк, и с его лица стало пропадать сердитое выражение. — Такова моя жизнь, и с этим ничего не сделаешь.
Он внезапно протянул руку и придвинул Синди к себе, танцор ткнулся носом в широкое плечо и подумал, что, наверное, и правда зря так обиделся, Майк не желал ничего дурного… В конце концов, Синди прекрасно знал, что такое проблемы с работой! Он вздохнул и прикрыл глаза. Обида постепенно испарялась, и тишина в салоне на этот раз стала умиротворенной.
— Все, — Майк деликатно, но твердо отстранил Синди от себя. — Мне пора. Я позвоню.
Синди кивнул и выбрался из автомобиля.
