Вместо ответа Блик потянул его к подземной стоянке, где был припаркован его байк, и Синди почти поверил было, что они просто уедут домой, но нет. И Синди в который раз получил возможность убедиться, что ему достался в любовники псих, потому что только сумасшедший мог толкнуть его за колонну на стоянке, вне зоны видимости камер, и зажать там, не желая терпеть до дома. Хуже всего было то, что Синди и сам демонстрировал признаки помешательства в его присутствии и не пытался прекратить это безумие, а отвечал на горячие поцелуи и быстрые прикосновения с не меньшим энтузиазмом. И то, что в любой момент их обоих могли застать, не отбивало охоту продолжать, а только подхлестывало возбуждение. Сложнее всего было не стонать, и Синди искусал себе губы до крови, чтобы не выдать себя.
— Домой, значит? — шепнул ему на ухо Саймон после. Он прижимал Синди к стене, наклонившись к нему и утыкаясь носом в висок, большим пальцем он еще поглаживал бледную кожу внизу живота. — Можно и домой…
Синди понял, что ему все-таки удалось спасти если не свой вечер, то ночь так точно.
Несмотря на такое удачное завершение вечера, от «Континента» у Синди остались неприятные впечатления. Впрочем, вскоре выяснилось, что ходить туда ему все равно придется, равно как и остальным участникам группы. Посещение тусовок было частью их работы, как репетиции и выступления. Теперь, когда Синди стал одним из «Черной Луны», он уже не мог отказываться от «светской жизни». Заведение и поддержание полезных знакомств было неотъемлемой частью жизни каждой знаменитости, и частью важной. Если звезды планетарного масштаба уже могли позволить себе водить дружбу с кем угодно, то для молодых, амбициозных и не слишком известных знакомства были еще одним способом укрепить свое положение и получить предложения для участия в различных проектах. «Фредди права: все в мире держится на связях», — думал Синди, улыбаясь и кивая очередному полезному человеку.
Вскоре танцор понял, как ему повезло. Его в мир шоу-бизнеса за шкирку втащил Саймон, у которого к тому времени уже было имя, связи и поклонники. Синди не приходилось цепляться за каждый шанс с остервенением голодного зверя, как это делали молодые малоизвестные артисты. Синди теперь приходилось нередко с ними сталкиваться. Они готовы были идти к цели по головам, соблазнять, драться за место под солнцем, интриговать и скандалить, лишь бы не упустить желанный миг славы и получить возможность пробиться наверх. От их оценивающих взглядов молодых хищников Синди порой становилось не по себе, хотя он встречался в жизни отнюдь не только с невинными агнцами. Впрочем, он не был еще настолько известен, чтобы привлекать внимание этих жаждущих славы актеров, писателей, художников и фотографов. Кроме того, он не появлялся в «Континенте» один, а рядом с Саймоном его присутствие становилось менее заметным.
Впрочем, не всегда. Однажды, когда вокалист удалился для разговора с парнем из студии звукозаписи, к оставшемуся у стойки Синди подошел мужчина в дорогом костюме и заговорил с ним. Он в меру восхитился талантом танцора, сделал несколько комплиментов, после чего постепенно перешел к тому, что способному человеку нет нужды оставаться в группе, где ему отводится роль подтанцовки, заднего плана для остальных, когда можно начать сольную карьеру и стать настоящей звездой. Синди хлопал ресницами, ковырял пол носком туфли, постепенно опустошал свой стакан и сыпал фразами в духе: «Боюсь, Саймону это не понравится» или «Мне стоило бы обсудить это с лидером».
— Хватит постоянно ссылаться на него! — не выдержал через десять минут диалога его собеседник. — Я только и слышу от вас о Саймоне Блике! Неужели вы не можете подумать о чем-то другом?
— Нет, — ответил Синди, глядя на мужчину честными голубыми глазами.
— Нет?..
Синди полюбовался растерянностью, проступившей на холеном лице, и развернул свой ответ.
— Не могу. У меня в голове только ниточка между ушей, и больше одной мысли там не задерживается, разве вы не слышали? Сейчас я думаю о Саймоне Блике. Все-таки он мой любовник. Вы не в курсе? Не читаете заметки?
Когда собеседник покинул Синди, красный и нервно промокающий лоб платком, подошел Саймон.
— Ну, и чего хотел этот хмырь?
— Предлагал отдаться в его ловкие руки, — ответил Синди и допил до дна.
— И что же ты сказал?
— Что я уже нахожусь в ловких надежных руках. Разве это не так, мой лидер?
Это обращение действовало на Саймона волшебным образом, в чем Синди быстро убедился и старался не использовать такое оружие слишком часто, чтобы не уменьшать эффект. Хотя ограничивал себя он с сожалением, потому что некоторые методы утверждения Саймоном своего лидерства очень ему нравились.
Постепенно неприязнь Синди к «Континенту» смягчилась, хотя полюбить этот клуб он так и не сумел. Но стоило признать, что в сверкающей толпе его посетителей на самом деле можно было встретить людей умных и талантливых. Да и хорошая музыка и дорогая выпивка немного примиряли танцора с окружением.
