— Ты еще должен мне желание, — напомнил Синди, выходя из «Галактики».
— Ах да, — кивнул Саймон. — И что, ты готов высказать его прямо сейчас?
Серые глаза весело сверкнули — Блик явно не сомневался в характере этого желания. «Наглец», — подумал Синди с глубоким удовлетворением.
— Нет. Не сейчас. Приеду вечером и выскажу! В подробностях.
Саймон не имел ничего против, и Синди отправился домой в великолепном настроении, которое ничто не смогло омрачить ровно до того момента, как он открыл дверь.
Под ногами плескалась вода. А еще она лилась с недавно покрашенного потолка, который мгновенно утратил свою белизну. Синди ахнул и бросился в гостиную. Там уже суетились Тим, Тинто, Мартин и, по всей видимости, новая жертва добрых чувств Фредди — девушка-подросток, которая больше мешала, чем помогала остальным собирать воду во все подходящие емкости.
— Это что?!
— С-с-с-с… соседи! — выразился Тим культурно. — Хорошо, что ты пришел, бери тряпку скорее!
— Ах ты ж… — остаток фразы был нецензурным и произносился уже на бегу.
— Фредди примерно так же выразилась, — вздохнул Мартин, выкручивая тряпку.
— А сама она где?
— Убивает соседей, — отозвался Тинто. — Сейчас расчленит, в канализацию спустит и вернется.
Гостья вздрогнула и отодвинулась подальше, Синди же, привыкший к юмору Тинто, только кивнул. Можно было не сомневаться, что Фредди выбьет из затопивших их соседей извинения и деньги на ремонт.
Навести какое-то подобие порядка они смогли только к вечеру, уставшие, грязные и злые. Фредди была в бешенстве.
— М-м-м-молодожены! Чем надо думать, чтобы начать набирать воду в ванну и уйти на романтическую прогулку?!
— Тем и надо, — хмыкнул Тинто. А Мартин только вздохнул и спросил:
— А как теперь быть-то?
Это был самый главный вопрос. Семейство с тоской осматривало потемневшие и покоробившиеся потолки, размокшие и местами пошедшие волнами полы, стены в сплошных потеках. Меньше всего пострадала мебель, которую достаточно было вытереть и высушить, но все остальное было в прискорбном состоянии. Ремонта было не избежать.
— Можно делать в одной комнате ремонт, а жить в другой. А потом наоборот, — неуверенно предложил Тим.
Друзья вздохнули. Если к внешнему виду квартиры можно было привыкнуть (хотя Синди, избалованный изысками интерьера дома у Саймона, в этом сомневался), то жить в сырости, от которой спастись было невозможно, было отвратительно, особенно если добавить к этому шум ремонта. К счастью, хотя бы своими руками делать ремонт не было необходимости — при разумной экономии друзья могли позволить себе нанять рабочих.
— Я превращусь здесь в ящерицу, — передернулся Синди.
— Ящерицы любят тепло и сухость, — продемонстрировала эрудицию гостья, которую, оказывается, звали Марица.
— Значит, уже превратился. Чем дольше тут сижу, тем больше люблю сухость! Нет, вы как хотите, а я на время ремонта свалю к Саймону.
Сказал — и сам удивился. Синди отнюдь не был уверен в том, что Саймон примет его с распростертыми объятиями. Одно дело — приехать на ночь, провести пару дней в его доме к взаимному удовольствию, а другое — завалиться с сумками на неопределенный срок. «В конце концов, у меня есть в запасе еще желание», — усмехнулся Синди. — «Вот и выскажу…»
Фредди, Тинто и Тим тоже собрались к знакомым. Синди посмотрел на Мартина и спохватился, что у него-то как раз больше прав, чтобы переехать к другу на время ремонта, чем у танцора. Однако Дурь потупился и пробормотал, что у него есть свой вариант, заставив Синди поглядеть на него с интересом — кажется, за сценическими делами и личными переживаниями Синди что-то пропустил. Был вопрос, что делать с Марицей, однако трудотерапия подействовала на девчонку — помахав весь день тряпкой, она поняла, что ее подростковые проблемы не так страшны, как казались, и собралась домой.
Вещи Синди собрал быстро, благо, их было до сих пор немного, и вскоре уже звонил в дверь Саймону. Тот ждал его, и открыл дверь быстро. Вид сумок в руках Синди его озадачил.
— Это что? Декорации к желанию? Да ты затейник.
— Вообще-то нас затопили соседи, — признался Синди, затаскивая сумки в прихожую. — Можно, я пока поживу у тебя?
У этих слов был еле уловимый неприятный, откуда-то знакомый привкус. Синди вдруг подумал, что у Саймона нет никаких причин, чтобы не отказать ему. У лидера группы была своя жизнь, развлечения, любовницы и любовники, и постоянное пребывание в квартире Синди Блэка могло в его привычки не вписываться.
— Живи, — пожал плечами Саймон. — Ты все равно тут ночуешь чаще, чем дома.
Синди по-птичьи склонил голову набок, а потом выпустил ремень сумки, который оставил на пальцах неприятный красный след, и шагнул к любовнику. Саймон опирался на косяк проема в зал, тонкий халат, который так нравился Синди, распахнулся на груди, слегка влажные после душа волосы рассыпались, резко выделяясь на загорелой коже.
— Вот теперь я готов высказать свое желание, — улыбнулся Синди, теребя в пальцах кончик пояса.
— Начинай, — улыбка Саймона была очень красноречива.
