Тринадцатое дитя полностью

Я села прямее. Сейчас мы наконец поприветствуем друг друга. Он открыл рот, но ничего не сказал. В его взгляде мелькнула странная нерешительность.

Если ты заставила его измениться, это не значит, что он изменился ради тебя.

– Удачи и радости имениннице, – быстро проговорил один из молодых офицеров. – И долгих лет жизни.

– Спасибо… э-э… – Я выразительно замолчала, чтобы он назвал свое имя. Мне показалось, что Беллатрисе хотелось бы его узнать.

– Матео, – подсказал он.

– Матео, – эхом отозвалась Беллатриса с робкой улыбкой. – Расскажи о ваших подвигах на войне.

Леопольд грохнул чашкой о блюдце, так что звон разнесся по столовой:

– Что такое, Хейзел? Ты до сих пор не сказала мне ни слова. Можно подумать, ты не рада возвращению своего будущего монарха.

– Конечно, нет, ваше высочество. – Я старалась, чтобы мой голос звучал спокойно и ровно. – Я рада, что вы вернулись.

– Просто Хейзел, – объявил он, указав на меня рукой. – Целительница и врачея моего отца.

Беллатриса фыркнула:

– Ты так это сказал, будто Хейзел – одна из папиных проституток.

– Белл… – начала я, собираясь отшутиться от ее слов, но Леопольд меня перебил.

– А что, разве нет? – сказал он.

Я задохнулась от возмущения, но принц поднял руку, не давая мне высказаться.

– Я имею в виду, что она оказывает отцу определенного рода услуги, – пояснил он, словно это сравнение было обычным. – Услуги в той области, где он мало что понимает и поэтому не может обслужить себя сам, – продолжал Леопольд, чем вызвал усмешки приятелей. – И получает за это хорошие деньги.

Приглушенные смешки переросли в гогот, наполнив комнату отголосками грубого смеха.

Если человек говорит, будто он изменился, это не значит, что он действительно изменился.

– То же можно сказать о любом мастере своего дела, – произнесла я приторно-сладким голосом, мысленно сжигая глупые сценарии встречи с принцем после его возращения с войны. Какой же я была дурой! – И вряд ли подобная тема подходит для нашей компании, – добавила я, быстро взглянув на малышку Юфемию.

Леопольд смутился, но смущение быстро сменилось выражением обычной царственной скуки.

– Да, целительница, ты права. Давайте найдем более подходящую тему для разговора. И отдадим должное угощению. – Он развел руками над столом, словно сам приготовил эти деликатесы.

Я схватила первое, что попалось под руку, даже не удосужившись посмотреть, что это. Не сводя возмущенного взгляда с принца, я положила себе на тарелку стопку шоколадных блинчиков. Леопольд забросил в рот мадлен и принялся жевать с ленивой ухмылкой, наслаждаясь и пирожным, и моей злостью.

– Господа офицеры, вы собираетесь посетить завтрашнее… торжество? – поинтересовалась Беллатриса, помешивая в чашке чай.

– Казнь нашего дяди? – уточнил Леопольд. – Они не пропустят это событие. На самом деле, Матео был в числе стражников, сопровождавших его в тюремную крепость.

– Правда? – Беллатриса с интересом повернулась к Матео. – Он сильно сопротивлялся?

– Ничего такого, с чем мы бы не справились, ваше высочество, – ответил Матео, не в силах сдержать довольную улыбку. Он получил преимущество перед друзьями, заслужив восхищение Беллатрисы.

– Как он выглядел?

Матео задумчиво склонил голову набок, словно пытаясь решить, какой ответ хочет услышать принцесса.

– Он выглядел… э-э… побежденным, ваше высочество.

Она прищурилась, обдумывая слова, и я заметила, как напряглись уголки ее рта.

– Я рада это слышать, – натянуто проговорила она.

Я попыталась поймать ее взгляд, но она не смотрела в мою сторону.

– А завтра вечером будет бал, – сказала Юфемия, накладывая на тарелку еще пирожных. – Вы придете на бал?

– Весь Мартисьен гудит от новостей о большом королевском бале, – ответил с улыбкой один из офицеров. – Мы ни за что не пропустим такое событие.

Юфемия впилась зубами в пирожное. Оно оказалось с малиновым джемом, и на один страшный миг мне представилось, что ее рот наполнился кровью. Я опустила взгляд на свою тарелку и впала в уныние. Теперь мне придется есть блинчики. Я взяла вилку и принялась за дело.

Мы прошли через сад, подставляя лица теплому солнцу. Весна в этом году выдалась пасмурной и дождливой, и редкие ясные дни казались благословением небес.