Тот быстро просмотрел его и обратился к госпоже Сунь:
– Жена моя, я должен рассказать тебе всю правду! Твой брат не собирался выдавать тебя замуж за меня. По наущению Чжоу Юя он хотел заманить меня в Наньсюй, бросить в темницу и убить, если я откажусь отдать ему Цзинчжоу. Вчера меня предупредили, что Сунь Цюань замышляет погубить меня, и я решил бежать под тем предлогом, что Цзинчжоу грозит опасность. Я счастлив, что ты меня не покинула! Но Сунь Цюань послал за нами погоню, а люди Чжоу Юя преградили нам путь впереди. Одна ты можешь меня спасти! Но если ты этого не желаешь, убей меня прямо здесь, чтобы я смертью своей мог отблагодарить тебя за твою доброту!
Выслушав мужа, госпожа Сунь приказала слугам выкатить коляску вперед, отдернула занавеску и крикнула Сюй Шэну и Дин Фыну:
– Эй, вы, болваны, что вы тут затеяли? Бунтовать вздумали?
Сюй Шэн и Дин Фын побросали оружие и кубарем скатились с коней, бормоча:
– Это нам Чжоу Юй приказал.
Затем, глянув на грозного Чжао Юня, они еще больше испугались и велели своим воинам пропустить беглецов.
Но тут подоспели Чэнь У и Пань Чжан со своими отрядами, а немного позднее вихрем налетели Цзян Цинь и Чжоу Тай.
– Вы не видели Лю Бэя? – крикнули они на ходу.
– Он уже далеко, – последовал ответ.
– У Лю Бэя все воины пешие, они не могут двигаться быстро! Мы должны их догнать, будь то на суше или на воде! – вскричал Цзян Цинь. – Сюй Шэн и Дин Фын пусть скачут с донесением к Чжоу Юю, чтобы снарядил в погоню самое быстроходное судно, а мы будем преследовать Лю Бэя по суше!
Добравшись до Люланну, расположенного неподалеку от Чайсана, Лю Бэй велел Чжао Юню отправиться на поиски лодки, чтобы переправиться через реку, но тут ему доложили, что позади клубится огромное облако пыли. Лю Бэй поднялся на холм и увидел преследователей.
– Сколько дней бежим мы без отдыха! – вздохнул он. – И люди, и кони устали, а за нами все гонятся! Умереть спокойно не дадут!
Крики преследователей приближались. Вдруг у берега появилось десятка два быстроходных судов под парусами.
– Какое счастье! – воскликнул Чжао Юнь. – Я знал, что Чжугэ Лян о нас позаботится. Скорей! Скорей!
Лю Бэй, госпожа Сунь, Чжао Юнь и воины – все побежали к судам. К немалому удивлению Лю Бэя, навстречу ему из каюты вышел человек в шелковой повязке и в одежде даоса.
– Успокойтесь, господин мой! – промолвил он с улыбкой. – Чжугэ Лян давно ждет вас.
На судах были цзинчжоуские воины, переодетые торговцами.
Тут на берег прискакали преследователи. Кивнув в их сторону, Чжугэ Лян сказал:
– Я это предвидел! – и крикнул: – Эй вы, возвращайтесь-ка к своему Чжоу Юю и передайте, чтобы впредь не расставлял ловушек с красавицами!
С берега полетели стрелы, но суда уже были далеко.
Однако вскоре Лю Бэй и Чжугэ Лян услышали оглушительные крики и увидели множество приближающихся к ним судов. На одном развевалось знамя Чжоу Юя – он сам отправился в погоню за Лю Бэем.
Чжугэ Лян приказал причалить к северному берегу, сойти с судов и идти пешком. Чжоу Юй тоже высадился и продолжал погоню.
Вдруг загремели барабаны, и из ущелья вышли воины во главе с Гуань Юем.
Чжоу Юй растерялся и повернул назад. Но справа и слева на него напали отряды Хуан Чжуна и Вэй Яня. Когда потерпевший поражение Чжоу Юй садился на корабль, кто-то крикнул:
– Эй, Чжоу Юй! Ловко ты это устроил! Врагу сосватал красавицу, а войско потерял!
«Провалился мой план! – в отчаянии думал Чжоу Юй. – Как мне теперь показаться на глаза своему господину?»
Из груди у него вырвался крик, рана снова открылась, и он упал.
Вот уж поистине:
章节结束
Итак, Чжоу Юй без памяти рухнул на землю. С трудом привели его в сознание.
Суда отчалили от берега. Чжугэ Лян не стал их преследовать и вместе с Лю Бэем возвратился в Цзинчжоу.
Чжоу Юй ушел в Чайсан, а Цзян Цинь и его воины вернулись в Наньсюй.
Сунь Цюань хотел было выступить против Цзинчжоу, но Чжан Чжао и Гу Юн его отговорили.
– Лучше отправьте Цао Цао письмо, – сказал Гу Юн, – и попросите его назначить Лю Бэя правителем округа Цзинчжоу. Это удержит Цао Цао от похода на нас и смягчит недовольство Лю Бэя.
Сунь Цюань решил, что это разумно, и отправил Хуа Синя с письмом к Цао Цао. Но того в столице не оказалось, он уехал в Ецзюнь отпраздновать сооружение башни Бронзового воробья. И Хуа Синю пришлось отправиться в Ецзюнь.
Гордо вздымалась над рекой Чжанхэ башня Бронзового воробья. Справа и слева от нее стояли еще две башни: башня Нефритового дракона и башня Золотого феникса высотою в десять саженей каждая. Все три башни сверкали золотом и лазурью и соединялись между собой мостами.
