Троецарствие полностью

О событиях в царстве Вэй лазутчики донесли в Сычуань. Встревоженный Чжугэ Лян сказал:

– Цао Пэй умер, и на престол вступил этот юнец Цао Жуй. Ни сам он, ни его сановники мне не страшны. Но вот Сыма И! Это искусный стратег, и если он обучит войска округов Юнчжоу и Лянчжоу, царству Шу не миновать беды! Придется подымать против него войско!

– Наши воины устали после похода на юг, – сказал военный советник Ма Су. – Пусть отдохнут. Я бы дал вам совет, как убить Сыма И руками Цао Жуя, но не знаю, примете ли вы его. Сыма И – высший сановник царства Вэй, – продолжал Ма Су, – Цао Жуй ему завидует. В Лояне и Ецзюне надо пустить слух о том, что Сыма И замышляет мятеж. В доказательство распространите в Поднебесной воззвание от имени Сыма И, призывающее к свержению Цао Жуя, и Цао Жуй казнит Сыма И.

Чжугэ Лян принял его совет.

И вот как-то утром на городских воротах Ечэна появилось воззвание, написанное от имени Сыма И. Стража сорвала это воззвание и доставила Цао Жую. Вот что там было написано:

«Полководец юнчжоуских и лянчжоуских войск Сыма И обращается к Поднебесной.

Великий предок, основатель Вэйской династии, Воинственный государь [140] Цао Цао перед кончиной собирался назначить преемником сына своего Цао Чжи. К несчастью, Воинственный государь умер, не успев осуществить своего намерения, и внук его Цао Жуй, нарушив последнюю волю деда, самовольно занял престол.

Ныне я, согласно воле Неба и желанию народа, решил поднять войско на защиту справедливости.

В тот день, когда будет оглашено настоящее воззвание, принесите клятву верности новому государю. Кто вздумает противиться, пусть ждет своей гибели!

Повелеваю каждому, кто прочтет воззвание, оповещать о нем своих близких».

Прочитав это воззвание, Цао Жуй побледнел от страха и приказал созвать сановников на совет.

– Так вот, оказывается, для чего просил Сыма И отдать ему войска округов Юнчжоу и Лянчжоу! – вскричал Хуа Синь.

– Сыма И – искусный стратег, – добавил Вае Лан. – Замыслы его идут далеко. Надо избавиться от него, иначе не миновать беды! Самому государю следовало бы выступить в поход.

– Не может быть у Сыма И мятежных замыслов, – промолвил Цао Чжэнь. – Все это происки врагов, они хотят посеять вражду среди нас. Проверьте, государь, где правда, а где ложь!

В сопровождении десяти тысяч телохранителей Цао Жуй отправился к Сыма И. А тот, желая показать государю мощь войска, вывел навстречу ему воинов из своих округов.

– Похоже, что Сыма И и в самом деле замышляет мятеж! – говорили чиновники.

Цао Жуй приказал Цао Сю двинуться навстречу приближающимся войскам; Сыма И, ничего не подозревая, подъехал к Цао Сю и низко покло- нился.

– Бунтуете, Сыма И? – спросил Цао Сю. – А ведь покойный государь оставил своего наследника на ваше попечение!

Сыма И побледнел от волнения.

– Ничего не понимаю! – вскричал он.

Тогда Цао Сю обо всем ему рассказал.

– Это коварные происки наших врагов из царства Шу и Восточного У! – воскликнул Сыма И. – Они хотят смутой подорвать наши силы, а потом напасть на нас! Я сам поговорю с Сыном неба!

Дин Фын расправляется с Сунь Линем

Отправив войско обратно в город, Сыма И приблизился к Цао Жую и, почтительно поклонившись, молвил со слезами:

– Мне ли помышлять об измене! Ведь покойный государь оставил вас на мое попечение! Не верьте клевете – это Шу и У стараются нас поссорить! Разрешите мне поднять против них войско и этим доказать свою предан- ность.

Но слова Сыма И не рассеяли подозрений Цао Жуя. К тому же Хуа Синь ему шепнул:

– Не верьте Сыма И! Немедленно отправьте его в ссылку.

Цао Жуй лишил Сыма И всех званий, сослал его в деревню, а полководцем лянчжоуских и юнчжоуских войск назначил Цао Сю. После этого Цао Жуй возвратился в Лоян.

Об изгнании Сыма И лазутчики немедленно донесли Чжугэ Ляну. Тот возликовал:

– Давно подумывал я о походе против царства Вэй, и только Сыма И мне мешал. А теперь, когда он в опале, меня ничто не страшит!

На другой же день Чжугэ Лян подал Хоу-чжу доклад о необходимости объявить войну царству Вэй, который кончался такими словами: