– Из-за ее сестры. – Я откинулся назад, скрестив руки. – Мы с Неверрой жили с ней несколько месяцев, пока они были заняты поисками книги. Истории, которые рассказывала нам Габби, фотографии, которые она нам показывала. Когда она говорила о Дианне и их совместных приключениях, ее глаза горели. Когда-то она была человеком, и перемены коснулись лишь ее физической оболочки, но ее сердце и душа остались прежними. Габриэлла любила ее всем своим существом. Дианна умерла бы за свою сестру, а смерть Габби ее сломила.
Винсент глубоко вздохнул и постучал пальцами по книге, которую держал в руках.
– Как ты думаешь, что произойдет, если я потеряю Неверру? По-настоящему, навеки? Думаешь, я буду скорбеть и плакать в подушку? Или я буду охотиться за каждым, кто в этом виновен? Заставлю их заплатить, заставлю страдать, как я?
– Это другое.
– Не совсем. Это другая любовь, но все-таки любовь. Попросту говоря, горе – это результат любви, Винсент. Габриэлла была ее последним членом семьи, и Каден ее убил. Что бы ты почувствовал, если бы мы все умерли? Если бы ты остался один?
Винсент не ответил. Он просто смотрел на книгу перед собой.
– Ответь мне. – Я постучал ногой по полу, приподняв бровь. Наконец он снова на меня взглянул. – Что бы ты сделал, если бы Нисмера забрала всех нас?
– Она бы этого не сделала. Я бы убил ее раньше, а если бы не смог, то сделал бы все, что в моих силах, чтобы вас вернуть.
– Ты знаешь почему? – спросил я. Винсент покачал головой. – Потому что это любовь.
– Наверное.
Он пожал плечами.
Я закрыл книгу и встал.
– Ты голоден? Мы можем взять что-нибудь поесть и собрать вещи.
Он встал, желая оставить эту тему и утомительные поиски информации.
– Да.
Я улыбнулся, ожидая, пока он выйдет из-за стола. Положив руку ему на плечо, я сжал ладонь. По крайней мере, после еды его настроение улучшится.
– Куда собираетесь?
Повернувшись к двери, мы замерли.
Два существа стояли в дверях, открыв рты, внутри которых зияла черная пустота. Они глубоко вздохнули, и все потемнело.
Кэмерон ударил себя по запястью, и кусочек попкорна пролетел через комнату. Ксавье наклонился, пытаясь поймать его ртом. Вселяющие ужас древние воины, мои стражи, бросали друг в друга еду, как шестнадцатилетние мальчишки. Я закатила глаза, стараясь не шевелиться, – цепи, сковывающие мои руки, больно впивались в запястья.
– Чувак, это пять из пяти, – радостно воскликнул Ксавье.
Кэмерон фыркнул и закинул в рот пригоршню попкорна, а Ксавье рассмеялся. На них была новая броня, сделанная из темного, незнакомого мне материала. Шея была защищена высоким воротником, со всех сторон торчали шипы и лезвия. Умно.
– Голодна? – спросил Кэмерон, глядя на меня и потянувшись за сумкой, которую держал Ксавье.
– Да, но это я не ем, – сказала я хрипловатым голосом.
Я улыбнулась, выпустив клыки. Цепи истощали меня больше, чем я ожидала, и каждый раз, когда я двигалась, они ранили меня все сильнее и сильнее.
– Ах так? Может, ты хочешь чего-то другого? Например, Самкиэля? – спросил Ксавье.
Кэмерон ухмыльнулся и толкнул Ксавье в плечо.
– Да, все это шоу, которое он устроил, было весьма горячим. Не буду скрывать. Но я сомневаюсь, что Самкиэль когда-нибудь выставит тебя напоказ. Кажется, он относится к тебе более ревностно, чем к своим предыдущим любовницам.
Ксавье пожал плечами:
– Не поспоришь.
Они рассмеялись, а я заставила себя улыбнуться. Оба хотели задеть меня за живое. Хорошо, я тоже умею играть в эту игру, но у меня получается намного лучше.
– Знаете, чего не понимаю? – спросила я. – Вас двоих.
Они перестали смеяться и посмотрели на меня с одинаковым удивленным выражением.
– Нас? – спросил Кэмерон с ухмылкой. – Что именно тебе непонятно?
– Вы когда-нибудь перестанете сопротивляться своему влечению друг к другу?
Улыбка Кэмерона исчезла, а Ксавье выглядел так, словно я ударила его кулаком под дых. Его глаза метнулись к Кэмерону, а тот замер, так и не дожевав свою еду.
– Не думаю, что Самкиэль или остальные будут против, если вы двое наконец поговорите, – дразнила я.
Кэмерон рассмеялся и покачал головой.
– Серьезно? Твой план заключается в том, чтобы спровоцировать нас чем-то, что даже не соответствует действительности? Ксавье – мой старый друг, и он состоит в отношениях.
– О, – усмехнулась я. – Да, ты прав. Это все меняет.
Кэмерон подошел ближе, держась за край своего жилета.
– Не пытайся проецировать на нас напряжение между тобой и Самкиэлем.
Кэмерон оглянулся через плечо. Ксавье улыбнулся и быстро кивнул, но я успела заметить выражение его лица. Увидела в глазах желание, надежду и поняла, что попала в точку. Однако Кэмерон совершенно не обращал на это внимания или всеми силами это отрицал. Я склонялась ко второму варианту.
– Да, «просто друзья». – Я насмешливо улыбнулась, окидывая их взглядом. – Мы с Самкиэлем говорили так же, но вы и сами знаете, чем это кончилось.
На лице Кэмерона застыло раздражение, ухмылка исчезла.
– Ты не сможешь нас спровоцировать.
– Уверен? По-моему, я уже это сделала – во всяком случае, с одним из вас.
Я пожала плечами, глядя на Ксавье, который так ничего и не сказал.
