Трон сломленных богов полностью

Они уставились на меня с одинаковым выражением ужаса на лицах. За их спинами появились два пожирателя снов. Кэмерон и Ксавье почувствовали их присутствие, но было уже слишком поздно. Они развернулись, чтобы противостоять угрозе, рты пожирателей широко раскрылись, и они высосали из Ксавье и Кэмерона нечто, похожее на тонкие нити. Прошло всего две секунды, прежде чем они упали на пол без сознания.

Реджи вышел из-за угла, заложив руки за спину. Пожиратели снов отошли в сторону, и он аккуратно перешагнул через спящих воинов. Подняв руку Кэмерона, Реджи приложил ее к панели возле двери. Решетка растворилась, и Реджи вошел внутрь. В его руках был уже знакомый мне ключ – интересно, как ему удалось его достать? Он освободил одно запястье, затем другое, и я ощутила невероятный, эйфорический прилив сил. Цепи беспорядочной кучей упали на пол, и я потерла затекшие руки.

– Остальные тоже спят, – сказал Реджи.

– Ты опоздал. Я умираю с голоду.

– Мои извинения. – Он кивнул в сторону пожирателей снов. – Было непросто найти их, но они перед тобой в долгу.

– Сейчас это не важно. Карта пропала.

Я убрала с лица выбившуюся прядь волос.

– Это не так.

– Что?

– Я покажу.

Я в недоумении наклонила голову, но не стала подвергать сомнению его утверждение. Если есть шанс, что карта еще существует, тогда я ее получу. Я вышла из камеры, переступила через спящие тела и последовала за Реджи. Пожиратели снов зависли над двумя Небожителями, их глаза закатились, а руки вытянулись вперед. Тела Кэмерона и Ксавье дернулись, вихри магии проникли в их головы.

– Сколько Баку ты привел? – спросила я.

– Всех.

Медленная улыбка изогнула мои губы. Если это так, то через несколько минут все здание будет спать, и никто не узнает о моем побеге.

Дверь лифта открылась, и я остановилась, прежде чем выйти на верхнем этаже здания. В комнате был ужасный беспорядок – словно Самкиэль изо всех сил пытался сохранить над собой контроль. Я много раз видела подобное в его кровных снах.

– Как видишь, он едва держится.

Живот скрутило от чувства вины.

– Мне все равно.

На лице Реджи промелькнул намек на эмоции. Может быть, сожаление? Страх? Я покачала головой и обогнула большой диван. Стол был завален стопками книг и кучей разных предметов. Я тут же разбросала их в стороны в поисках карты. Реджи сказал, что Самкиэль ее восстановил, и я знала, что он будет держать ее при себе до тех пор, пока не найдет достаточно надежное место, до которого я не доберусь. Я небрежно отбрасывала в стороны ненужные книги. Реджи безмолвно наблюдал за моими движениями. Моя ладонь зависла над очередной книгой, по телу пробежали мурашки.

– Зачем ему это?

Я схватила тонкую полоску черно-белых фотографий, всматриваясь в изображения.

– Думаю, ты знаешь.

Проклятые фотографии из той будки. От воспоминаний что-то в моей груди треснуло.

– Ты совсем не умеешь сливаться с толпой, – прошептала я, засовывая в рот кусочек сладкой ваты.

Самкиэль пристально посмотрел на меня. Кажется, это его любимое выражение лица.

– Ты же знаешь, что на фестивалях положено веселиться?

– Это совсем не весело. Здесь шумно, противно и многолюдно. Что за движение ты делаешь рукой?

Пока он выговаривал все, что его беспокоило, я сжимала и разжимала ладонь.

– О, я просто издеваюсь над тем, как часто ты жалуешься. Послушай, я знаю, что этому далеко до пьяных оргий на Рашириме, но ты можешь хотя бы попытаться развлечься.

Еще немного, и его вены лопнут от злости.

– Как это ускорит приход твоего знакомого?

Я пожала плечами:

– Никак, но это сделает меня счастливее.

Что-то сверкнуло в его глазах, но я знала его недостаточно хорошо, чтобы понять выражение его лица. Мое внимание привлек смех. Из фотокабины неподалеку вышла парочка – радостно восклицая, они уставились на тонкую полоску фотографий, а затем поспешили к большому колесу обозрения. Я улыбнулась, и Самкиэль проследил за моим взглядом.