- Ты был искренен со мной, благодарю тебя за это, - нагнав Тревора, горячо заговорил Брайан. - У меня никогда не было братьев и сестер, я жил всегда сам по себе, не имея друзей. Почему-то они, все остальные жители моей деревни, казались мне не такими, как я. Я был отшельником в центре жизни. Вы показали мне людей с другой стороны. Раньше мне было интересно только изучать их, понимать их тайные замыслы. Но, клянусь своей силой, ведь теперь это главное, что есть во мне, я был бы рад вашей компании, даже не скажи ты, что помогаешь мне как брату. Я удивительным образом привязался к вам. Хочу надеяться, что не только потому, что вы скрасили мое одиночество, это было бы слишком меркантильно с моей стороны. В вас я нашел родственные души, до этого родство я чувствовал только с матерью.
Брайан все больше распалялся, пока и Гвин, и Тревор не встали по обе стороны от него и не положили ему на плечи руки.
- Не стоит терзать свое косноязычие, мы видели твои чувства еще до того, как ты их начал высказывать, - нарочито грубовато посоветовал Тревор. - Ты не захотел оставлять у эльфов Гвина и пошел на заведомо провальное испытание, взяв на себя всю ответственность за его результаты. Судят по подвигам, а не по речам. Твой подвиг сделал тебя моим братом.
Гвин ободряюще сжал плечо Брайана. Он еще был слишком слаб, чтобы позволить себе прежние шутки, но и такой поддержки было достаточно Брайану. Он протер лицо ладонью, и взглянул на тьму по-новому.
- Тьма не опасна нам, я уверен, что сами по себе переходы не таят в себе страшных препятствий. Мне даже кажется, что на этих тропах невозможно причинить вред человеку. Здесь возможна лишь смерть по естественным причинам, поэтому давайте поторопимся в поисках выхода.
И они пошли в левую сторону, вроде как по логике рассудив, что к эльфам ни попали, поворачивая все время направо. Конечно, из-за чудища им пришлось немало петлять, но выбрать направление все равно было необходимо, почему бы не пойти налево.
Через какое-то время Гвин совершенно обессилел, и понадобилось сделать привал, который плавно перетек в ночевку, поскольку остальные, как оказалось, тоже растеряли большую часть сил. Первым, как ни удивительно, проснулся Гвин, и растолкал остальных. Они продолжили путь наверх. Хотя ощущения, что они движутся в гору, не было изначально. Скорее казалось, что они вновь куда-то спускаются. И Тревор уже дважды порывался повернуть назад и начать путь в правую сторону, но остальные ему не позволили, боясь заплутать. Ведь по дороге им попадалось немало ответвлений. Однако вскоре стало очевидно, что они действительно спускались, когда склон под ногами стал почти отвесным, и они с криками полетели вниз.
Приземлились удачно, ничего не сломав ни себе, ни друг другу. Вокруг царила та же тьма, но чувствовалось присутствие воды: тянуло прохладой и свежестью. Общим голосованием было решено использовать первый факел. Впереди действительно расстилался бескрайний водоем. По крайней мере, факел не давал столько света, чтобы разглядеть дальний берег. Присутствие воды напомнило о собственной жажде жуткой сухостью во всем организме. Горло начало драть, и Брайан с трудом удержался от того, чтобы мгновенно не нырнуть в подземное озеро. И еле успел удержать от того же необдуманного поступка двух своих друзей. Причем удерживать приходилось в полную силу, напрягая все свои мускулы, накачанные в кузне, хоть до этого оба его брата казались довольно тощими и хрупкими.
- Стойте! Стойте же! Опомнитесь! - Уже вопил им в уши Брайан пересохшим горлом, продолжая сжимать их шеи. Они оказались самыми не юркими частями тела обезумевших братьев, поэтому Брайан переместил именно на них свой захват.
Те, наконец, ослабили рывки и обвисли в его ладонях.
- Вы в своем уме? Что с вами? - Ярость все еще вырывалась из Брайана в виде криков. - В воде может быть кто угодно, она может быть даже отравлена! А вы будто не слышите меня.
Тревор потряс длинными черными волосами и вскинул голову.
- Это было колдовство. Я уверен в этом. Кто-то настойчиво гнал меня к воде утолить жажду, если бы не ты, я уже лежал бы там целиком, впитывая влагу каждой клеточкой тела.
- Меня обуревали схожие мысли, - признался Гвин.
- Почему же колдовство не подействовало на меня? - Недоверчиво спросил Брайан.
- Видимо, потому что ты сам тот еще путешественник по чужим головам, - хохотнул Тревор. - Ты же говорил, что у некоторых друидов против тебя была защита, почему бы не допустить мысль, что твое умение тоже является защитой от чтения мыслей и от внушения чужих.
