– Не знаю, получится ли у меня найти то, что я ищу. Но я не остановлюсь. Не брошу попыток. И не вернусь назад. Может, потому что мне некуда возвращаться.
– Ну, да, ну или потому, что везде, где ты прошёл, остаётся выжженная земля.
– Знаешь, я и представить не могу, чтобы тебе не было хоть чуточку интересно, что… там. Должно быть, ты счастливый человек. Как стать таким? Что нужно сделать? Попить из лужи? Или пожить год в пещере? Может, кого-нибудь убить?..
– Может, умереть. Попробуешь?
– Однажды обязательно.
Осмотревшись вокруг, Ракеш убедился, что последний ребёнок покинул площадь, и та окончательно опустела. Тогда он вновь обратился к Верону, но лицо его уже осветила лёгкая, немного усталая улыбка:
– Я думаю, порой куда сложнее выбрать жизнь.
После этих слов он кивнул зоологу, хлопнул того по предплечью и торопливым шагом, срывающимся на лёгкий бег, отправился догонять отряд.
Остались лишь Верон, Локетт и наваленная гора ставшего ненужным оружия. Барон, налившись краской и пуча глаза от непонимания и злости, не видя, на кого ещё можно излить свой гнев, крикнул зоологу, стоявшему так же оторопело, как и он сам:
– Да что же они, идиоты, делают?! Куда их всех тащит? Они что, не понимают, что я могу их уничтожить?
Верон оглядел всё вокруг, посмотрел на алеющий под мягким заходящим солнцем небосвод, на спокойные воды океана и на возвышающуюся мрачно и монументально над ним тень Вилвормонта. Наконец он отыскал в белёсой дымке вдалеке зелёный пик Рейджмор, еле различимый на горизонте.
– Кажется, дело в том… – негромко ответил он, – что эти люди уже уничтожены. Милорд… или как Вас там.
* * *
Высоко над берегом кружили чайки, широкой дугой огибая протяжённый пляж, обрамляемый травянистыми барханами и невысокими раскидистыми пальмами, на котором собирались люди. Заходившее солнце ещё разливало над побережьем свои лучи, выбивавшие из всего, что попадалось им на пути, длинные бледные тени, поэтому Вилу не сразу заметила, что впереди, прямо на поверхности зеркальной глади воды, в нескольких десятках метров от берега стоит фигура человека. Против света ей был виден лишь чёрный силуэт, но через несколько мгновений он приветственно поднял руку. В вечерней тишине над водой раскатистым громом разнёсся его сильный, глубокий голос:
– Не бойтесь! Плывите ко мне.
Один из подошедших к Отраве псов с сомнением уставился на неё, но она не ответила ему даже взглядом, заворожённо глядя куда-то вдаль – непонятно, на фигуру человека или сквозь него. Проведя в нерешительности, может, целую минуту, она всё же сделала осторожный шаг вперёд, вновь замерев ненадолго, но затем второй ногой наступила на задник ботинка первой и сняла его, ступив на горячий песок босиком. После этого она глубоко вдохнула полной грудью и уверенно пошла к воде, по пути сняв с себя куртку и отбросив её в сторону, а затем местами протёртые и запылённые штаны. Оставшись в одной лёгкой майке, она шагнула в воду, с силой проталкивая себе путь сквозь её нараставший пласт, зашла по пояс и, наконец, погрузилась полностью и поплыла, неаккуратно подняв на гладкой поверхности фонтан брызг, разошедшихся во все стороны мелкими кругами волн.
Широко гребя руками, она всё сильнее била ими вглубь толщи воды, и солёные капли, летевшие во все стороны, обжигали ей глаза, но вскоре Вилу продралась сквозь начинавшую уже чернеть бездну, разверзшуюся под ней, и коснулась твёрдой стены, а подняв глаза, увидела поданную ей руку. Крепко вцепившись в неё, Вилу забралась по скруглённому скату массивной платформы, дрейфовавшей у самой поверхности, на которой стоял человек в чёрном костюме и жёлтых инфоочках. Широко улыбнувшись, он помог ей, недоверчиво ощупывавшей твёрдую поверхность, подняться на ноги и сказал:
– Ты хорошо роешь, старый крот.
Стерев с лица ладонями сбегавшую струйками воду, Вилу взглянула на него снизу вверх и негромко спросила:
– Кто вы такие?
– Ты всё узнаешь. Скоро.
– Пожалуйста, – снедаемая любопытством, покачала она головой, – Скажи… Кто ты?
Немного наклонившись и проведя ладонью по её коротким волосам, мужчина с заботливой улыбкой ответил:
– Я никто пред тобой.
В тот же миг его лицо озарила голубоватая вспышка. А затем раздался гром, по воде пробежала рябь, и волна тёплого воздуха качнула платформу у них под ногами. Обернувшись назад и взглянув на берег, Вилу с ужасом увидела на вершине прибрежного склона экзокостюм Барона Локетта, выставившего вперёд две пульсирующие голубым свечением турельные энергооси. Усилитель голоса, встроенный в бронекостюм, разнёс по округе его громогласный крик:
– Разве я не дал тебе всё?!
Вспыхнули две огромные дуги молний, с грохотом ударившие в разные стороны по бокам пляжа, затем ещё и ещё две.
– Не я ли дал тебе жизнь, какую хотя бы смог найти?
Очередные вспышки грянули над берегом, и одна из них разорвалась снопом искр, попав в одну из коренастых пальм и выпустив облако чёрного дыма, а затем ствол дерева занялся пламенем, превратившись в гигантский факел и заиграв отсветами на песке.
– Разве я не был тебе как отец?..