– Мужики какие-то, не знаю. Катьку напугали, орали, грозились дверь выбить…
– Это с работы.
Открываю глаза и поворачиваюсь к столу. Даже сонным взглядом в кромешной тьме можно разглядеть ирисы. Они выглядят туристами на фоне самодельной карты на куске старых обоев. Цветы кажутся особенно неуместными из-за грязной посуды и надкусанных булочек, завернутых в пакет.
– Среди овец ты – молодец.
Опускаю ноги на холодный линолеум, тихо проскальзываю к цветам и вышвыриваю их в окно. Услышав глухой звук, захлопываю створку. Нура поднимается с коврика и недоумевающе смотрит на меня. Ничего не сказав, она стягивает зеленое платье, в котором обычно читает намаз, и кутается в одеяло.
– Куплю новые завтра, – плюхаюсь на кровать я.
Хмурюсь, хотя обычно стараюсь этого не делать, чтобы морщины не появились раньше времени. Но схожесть потолков старых домов слишком очевидна. Как и схожесть окон, туалетов и разбитых плиток… Неприятно смотреть даже на стены – всюду Денис и мама. Зажмуриваюсь, прогоняя остатки воспоминаний. И вынимаю телефон из-под подушки. Ныряю в новостную ленту, щурясь от яркого света экрана. Вставать через пару часов, так что можно не пытаться уснуть.
Лето было потрачено на поступление и переезд, никаких поездок за границу или хотя бы в Сочи случиться не могло. Я была уверена, что такая судьба постигла каждого выпускника, только фотографии говорят об обратном.
С экрана на меня смотрит парочка при полном параде – несостоявшийся жених Нуры рядом с кривой Аминой. В выпускном классе она всюду таскала книжонку с мерзким названием «Кошечка», раздавая советы о том, как быть «той самой женщиной». Я смеялась. Вообще-то смеялись все, а теперь мы все ставим лайки и пишем комментарии под ее свадебным фото. Бледная худощавая дылда с неправильным прикусом красуется в платье невесты. Надо признать, оно у нее роскошное, как у принцессы: молочная органза, вышитая крохотными хрусталиками. Что-то колючее шевелится под грудью. Я буквально слышу, как Амина, растягивая гласные, провоцирует меня: «Женщина – это кошечка, особенно в отношениях. Ты не в отношениях? Ну, делай выводы!»
– Вывод сделан, – бухчу под нос, смахивая фото, – кошечка.
Следующее фото вызывает глупую улыбку, стирая из памяти любой шум. Сашенька Альбертович в своем потрясающем автомобиле, вальяжно закинув руку на руль, сидит с невыносимо ровной спиной. Прямой нос и такой же взгляд, пробивающаяся щетина, беспорядок в волосах… Даже через рубашку видно, что он в отличной форме. Рукава подвернуты с математической точностью, а на левом запястье часы, которые он носит не снимая. Ставлю лайк и открываю комментарии подписчиц, полные щенячьего восторга. Когда читаю их, просыпается гадкая, липкая зависть. Хочется оставить свой комментарий, но в роли студентки я могу ставить только лайки. Пролистываю огромное множество женских имен, изучая новеньких и особо подозрительных. В фанбазе Левицкого ни много ни мало три десятка постоянных девиц и еще три десятка переменных. И каждая обязательно оставляет лебезящий след, точно без него Сашенька Альбертович заплутает и не найдет «ту самую». Окошко «Ваш комментарий» нервирует своей пустотой.
Нажимаю на него и сворачиваю – до тех пор, пока наконец-то в голове не возникает нормальный комментарий, после которого никто не уличит меня во влюбленности или ревности.
«Научите сидеть с такой же прямой спиной, плиз».
Нура демонстративно вздыхает, и я сразу опускаю телефон экраном вниз, прикрывая глаза.
Два дня назад я в шутку назвала Александра Альбертовича Сашенькой Альбертовичем. Нуру так перекосило. Она побагровела, вцепилась в мое плечо и зашипела: «Он – Александр Альбертович, мастер курса. Ты – студентка. Хватит с ним флиртовать!» После этого Нура предосудительно таращится на меня каждый раз, когда я улыбаюсь, киваю, смотрю, дышу, думаю… Хоть как-то соприкасаюсь с Альбертовичем. Она даже отказалась рассказывать ему об анонимке. А я рассказала, прямо при Нуре, чем навлекла очередной испепеляющий взгляд подруги.
«Накрутила себя как дайсон», – пробубнила тогда я.
Александр Альбертович просто отмахнулся, сказав, что в журналистике это обычная практика: «Это вам еще не предлагали купить информацию. Привыкайте, дамы, но не увлекайтесь. Тратить время на выпущенное – неэффективно, лучше займитесь новыми выпусками. С вашим УТП найти подходящее дело для расследования – та еще задачка». Трудно оспорить его мнение, так что я даже не пыталась.
Нура, хоть и послушно кивала, продолжала судорожно обновлять чат, заваливая несчастного анонима сообщениями. Я уверена, что по ту сторону экрана сидит какой-нибудь перепуганный школьник или Ибрагим, который уже миллион раз пожалел о своем идиотском розыгрыше.