Понедельник все еще дождит. Периодически достаю телефон из кармана, но тут же прячу его обратно, придумывая сам себе неотложные дела, из-за которых не могу сейчас позвонить Вику. Ириша весь день улыбается постояльцам, причем искренне, что еще больше настораживает. Но поговорить времени действительно нет, как и всегда по понедельникам. Удается отпроситься на пару часов и съездить сдать анализ крови. Вечером, когда до конца рабочего дня остаются считанные минуты, в холле появляется девушка, весьма отдаленно напоминающая мне ту, которую я раньше знал, как сестру Арсения. У Сони новая стрижка, не сильно коротко, но заметно, а надето на ней нечто, что с трудом можно назвать джинсовой юбкой из-за весьма «скромной» длины, вернее скромного наличия материала, и черная шифоновая разлетайка без бретелек, держащаяся на груди только за счет какого-то стрейча. Узнаю излюбленную длину шпилек Ириши на босоножках. И куда она, интересно, в таком виде собралась?
— Привет, Саня, — опирается на стойку передо мной, и я боковым взглядом улавливаю Иришину улыбку. Ну правильно, с кем поведешься.
— Привет, Сонь. Ты ко мне? Только не говори, что опять поссорилась с Арсением, — вопросительно приподнимаю бровь, замечая, как в уголке носа сверкнул гвоздик. А Ира за нее основательно взялась. Интересно, Сеня видел.
— Нет, Саня, сегодня не к тебе, — так женское население улыбается только в одном случае. Когда уверено в своей неотразимости. Только я теперь даже комплимент боюсь сделать, чтобы она это не приняла за флирт.
— Сегодня ко мне, — многозначительно произносит Ириша и поворачивается к Софии: — Сонь, пять минут и я готова.
Соня кивает и отходит от стойки, усаживаясь в другом конце холла на мягкий диван и положив ногу на ногу, начинает листать какой-то журнал.
— Ты чего из ребенка сделала? — поворачиваюсь к Ире.
— Саш, разве она похожа на ребенка?
— А на кого она должна быть похожа в четырнадцать лет? Сеня в курсе, что ты ей нос проколола?
— Ну не я, а в салоне, во-первых. Во-вторых, у кое-кого тоже есть пирсинг, и в третьих она хоть перестала быть такой зашуганой. Гляди, какая куколка, правда? Арсений немного поворчал, насколько я поняла из ее звонка, но, в общем-то, обошлось.
— Звонка? Так вы теперь подружки? Или ты просто взяла над ней шефство?
— А что здесь такого?
— Нет, просто интересно, о чем вы разговариваете. Учитывая вашу разницу в возрасте и зная тебя и твои излюбленные темы. Они вряд ли подходят для…
— О тебе.
Затыкаюсь и несколько раз моргаю.
— Что, прости?
— О тебе. Соня в основном только о тебе и говорит.
Отлично. Где мой большой и острый самурайский меч?
— В каком смысле? — осторожно. Может, еще обойдется.
— В том самом, Саш. В том самом, — очевидно, я сейчас выгляжу весьма комично, потому что Ира начинает смеяться. — Не боись, она знает, что ты гей и что это практически бесполезно, — я знаю, что она знает, только, похоже, это знание не произвело должного эффекта. — Просто нужно же на ком-то оттачивать свое мастерство, а заодно и попытаться тебя обратить в истинную веру. На всякий случай. Вдруг получится.
— Я тебя боюсь, — отворачиваюсь от Иры. — Если Арсений узнает…
— Если он узнает, Соня опять сбежит из дому. Ты ее большой секрет, который она рассказала только мне.
— И тебе не стыдно сейчас мне его выбалтывать?
— Мне? Это же не я с ней целовалась.
— Ира! — громче, чем следовало. Понижаю голос до угрожающего шепота. — Я с ней не целовался. Не знаю, что там тебе нарассказывала София…
— Саш, успокойся, — чуть серьезнее отвечает Ириша. — Это излечимо другими экземплярами, но для начала у нее должен появиться стимул хорошо выглядеть и правильно себя вести. Она, насколько я поняла, в этом вообще ноль. Ну и пусть позаигрывает с тобой, тебе жалко, что ли?
— Это ненормально.
— Увидишь, через месяц она о тебе уже успеет десять раз забыть. Вернется в свой лицей такой конфеткой, что не до тебя будет. Я тебе обещаю, так что расслабься. До завтра, поцелуер, — хмыкает.
Провожаю ее уничтожающим взглядом, но она только улыбается такой отвратительной улыбкой, которая очень напоминает паскудную улыбку Арсения. Они и правда два сапога пара.
Возвращаюсь домой и то и дело натыкаюсь взглядом на свой мобильный телефон. Обвиняюще смотрит темным дисплеем, и я знаю, что Вик ждет моего звонка. Что я пытаюсь отсрочить? Только затягиваю неизбежное. Лучше сразу. После часа метаний, наконец, набираю его номер, но тут же сбрасываю. Вот почему я предпочитал ни к чему не обязывающий секс. Я абсолютно не умею разрывать подобные «отношения». Всегда проще, когда знаешь, что для вас обоих это просто хорошее времяпрепровождение и ничего больше. Но так было до тебя.