Несмотря на значительный численный перевес войско Курбского не смогло разгромить противника, к тому же понесло ненужные большие потери убитыми и ранеными. Войско Лесновольского, состоящее из польского вспомогательного корпуса и литовского ополчения, не могло выполнить свою главную задачу опустошения земель под Невелем, понеся значительные потери и отступив восвояси. Но формальная ничья Невельской битвы вызвало сильное раздражение царя Ивана и могла стать одной из главной причин скорой опалы князя-боярина из знаменитого рода Ярославских Рюриковичей.
Весь 1562 год прошёл в опустошительных грабительских набегов с обеих сторон, где трудно было хронистам выделить чьи-то значительные успехи. В Ливонии же Литва и Москва практически прекратили активные действия друг против друга, стараясь сохранить и защитить уже захваченные позиции-владения. Главной причиной выжидательной тактики русских войск стало продвижение вглубь Ливонии шведской хорошо вооруженной армии. Швеция, ведя открытую завоевательную политику, претендовала на передел всей Ливонии.
В данной ситуации король Сигизмунд, не имея ни средств, ни желания вести боевые действия с царём Грозным, решил тянуть время через мучительные переговоры с ним. Грозный, опасаясь союза против Москвы Литвы и Швеции, был вынужден принимать королевского посла Корсака и отвечать на жалобу Сигизмунда, мол, после неудачного их «брачного дела», вступив в новый брак, царь обижает короля и не хочет с ним желанного мира.
Царь отвечал королю без обиняков и околичностей: «Во всём твоём писанье не нашли мы ни одного такого дела, которое было бы прямо написано: ты писал все дела ложные, складывая на нас неправду…»
В ноябре 1562 года в Москве было принято кардинальное решение о подготовке похода многочисленной русской армии на Полоцк. Выбор Полоцка узловым местом нападения на Литву был связан с тем, что с 1513 года государь Василий III пытался предложить Священной Римской империи признать право Москвы на Полоцк, Витебск и Киев, в обмен на права имперских войск на вторжение в Прусские земли, захваченные у древнерусского государства Ягеллонами Великого Литовского княжества. А начиная с 1517 года Москва, в лице государя Василий III, упоминала Полоцк во всех случаях декларирования претензий на «исконно русские земли», перешедшие «незаконно» к династии Ягеллонов. А сейчас эта воинственная и успешная династия выродилась по мужской линии, оборвалась на бездетном, больном неприличной болезнью (по придворным слухам) короле Сигизмунде-Августе. Ведь завоевание Полоцка Москвой Иван Грозного могло бы произвести колоссальный эффект в умах польской и литовской шляхты: русский царь, своим вторым браком привлекший на свою сторону воинственные народы Северного Кавказа, на время обезопасив себя от набегов крымчаков хана, от слов дипломатии перешёл к языку огня ружей и пушек и сабель. И за Полоцком падут Киев и Вильно и Литвы и Польши будут отобраны многие утерянные Русью «законные» древнерусские земли.
Русские войска 30 ноября двинулись через Можайск и Торопец к Великим Лукам, а 5 января 1563 года туда прибыл царь и, встав во главе армии с числом воинов около 50 тысяч, двинулся на Полоцк. Это был один из крупнейших военных заграничных походов русской армии в 16 веке и он обязан был стать для короля Сигизмунда-Августа и литовских и польских полководцев. Царь великолепно от своих тайных агентов, включая богатея-иудея Илью, в стане противника, что Полоцк являлся к тому времени крупной и хорошо укреплённой крепостью, которую никоим образом не возьмёшь с кондачка. Поэтому несколько тысяч обозных крестьян тащили к Полоцку двести пушек и одну стенобитную пищаль «Единорог», стреляющую пудовыми снарядами.
