Большинство легенд когда-то заканчивается. «Москву» снесли в 2004 году, чтобы на ее месте построить отель Four Seasons, очертаниями похожий на историческое здание. Теперь трудно сказать, насколько обоснован был снос гостиницы. Девелопер Шалва Чигиринский вспоминает, что, приложив ухо к стене старого отеля, можно было услышать, как внутри конструкций осыпается песок. «Из бетона вышла сталинская влага», — шутит он309. В итоге он убедил мэрию Москвы, на балансе которой стояла гостиница, начать реконструкцию. Бизнесмен, видимо, лукавит, говоря, что собирался стать просто «руководителем проекта». У Чигиринского тогда были очень тесные связи с мэрией Москвы, благодаря чему он получил множество выгодных строительных контрактов. Надо полагать, на «Москву» он имел похожие виды. Но вскоре все пошло вопреки его плану. Дурными вестниками стали путинские друзья-«бандиты», дзюдоисты Константин Голощапов и Аркадий Ротенберг. Чигиринский встречался с ними на рубеже 2003–2004 годов и вспоминает эти встречи с ухмылкой: собеседники «ни разу не сказали, что именно хотят», «Голощапов постоянно крестился», а Ротенберг в итоге произнес: «Мне не нужны деньги, я просто хочу сделать красивый объект», имея в виду, что претендует на «Москву». «Я знал, что за Ротенбергом стоит Путин. И я бы с ним связался… Только я им оказался не нужен для этого проекта», — иронизирует бизнесмен, разговаривая с нами годы спустя. В итоге Чигиринский лишился «Москвы», и мэрия заключила контракт на стройку с компанией, владельцы которой были спрятаны в офшорах. Позже выяснится310, что за офшорами скрывались три человека — Аркадий Ротенберг, Константин Голощапов, а также упоминавшийся в начале этой книги московский банкир Ашот Егиазарян (он поучаствовал в истории с дискредитацией генпрокурора Скуратова).
То, как Ротенберг захватил проект реконструкции гостиницы «Москва», он с тем или иным успехом проделывал неоднократно и в совершенно разных отраслях экономики.
В 2003 году, когда развивалась история с «Москвой», на удалении от центра столицы, там, где стоит самый известный ликеро-водочный завод в стране под названием «Кристалл», тоже кипели страсти. Завод, когда-то разливавший ту самую «Столичную», теперь начал выпускать новую водку с сильным имиджем. Она называлась «Путинка», стоила сравнительно недорого и в середине нулевых стала самой продаваемой водкой в России. На этикетке — фамилия президента, тогда безоговорочно популярного, на что и был оправданный расчет производителя. Долгие годы считалось, что название «Путинки» — это единственная ее связь с президентом. Однако в 2023 году журналистское расследование, в котором участвовали авторы этой книги311, доказало: сам Путин тайно владел долей в бренде «Путинка», в ее производстве и продаже. И сделал это для президента все тот же Ротенберг. Дело было вот как. Авторы «Путинки», только придумав новый бренд, решили согласовать использование державного имени. Они пришли к Ротенбергу, о котором в начале нулевых деловая Москва шепталась как о человеке, способном решить вопросы с президентом. Ротенберг уладил и этот вопрос, за что получил долю в «Путинке». Потом Ротенберг захватил вообще бóльшую часть российского алкогольного рынка — бренды, производство спирта, торговлю напитками, попутно получив под застройку еще и территорию того самого завода «Кристалл» в дорогом московском предместье. Значительная часть дохода от всех этих бизнесов уходила на счета открытой в 2003 году офшорной компании Ermira (зарегистрирована на Кипре). Можно было бы подумать, что все это Ротенберг заполучил для себя и именно его средства копятся на иностранных счетах. Но это было не так, что мы и доказали в 2023 году. Благодаря показаниям высокопоставленного источника и предоставленным им документам мы смогли убедиться, что компания Ermira тайно принадлежала президенту (она и зарегистрирована была на Владислава Копылова, путинского однокурсника, то есть на очередного номинала). Если «Совэкс», о котором мы писали выше, — это, вероятно, первая компания Путина в России, то Ermira, возможно, первый в жизни российского президента личный офшор. С годами в Ermirа скопились огромные деньги. Подсчеты показывают, что только на производстве одной «Путинки» можно было заработать не меньше полумиллиарда долларов. А компания получала выгоду из множества других источников. Впрочем, водка — точно самый экстравагантный способ заработка для Путина. Торговля крепким алкоголем всегда в России считалась царским предприятием, в том смысле, что доход от нее поступал в государственную казну, но новый русский царь понял традицию чересчур буквально — он сделал водку своей личной собственностью. Как президент страны Путин должен был бороться с пьянством, извечной российской проблемой, но как владелец алкогольного бизнеса он, например, однажды снизил минимальную отпускную цену на водку, что вызвало всплеск употребления напитков типа «Путинки».