— Сока? — удивился Председатель Правительства. — Арбуз живьём есть надо! Ты, Фрол, голова садовая!
— Я соки люблю. Соками почки моются, мне один доктор присоветовал.
Леонид Ильич всё делал по примеру Хрущёва: если Никита Сергеевич ел арбуз ложкой, то и он ложкой; если подносил ко рту мясистую корку и, как из чашки, выпивал содержимое, то и Брежнев так Глядя на него, Хрущёв одобрительно кивал, а вот Козлову сегодня доставались одни нарекания.
— Учитесь, как надо! — тыкал в Брежнева Первый. В этот момент Леонид Ильич чинно выковыривал ножом и вилкой крупные чёрные косточки. Все уставились на аккуратиста.
— Будем, Лёня, тебя за границу брать, чтоб ты там культуру демонстрировал, вилками да всякими хитростями точно лорд орудовал!
В воскресные дни у Никиты Сергеевича обычно собиралась шумная компания, не хватало сегодня лишь Микояна, который укатил во Владивосток В центре стола восседал Хрущёв, справа от него — Брежнев, слева — Козлов, напротив — Лобанов с Лысенко, рядом с Лысенко сравнительно молодой человек — Полянский, приглянувшийся Первому в Крыму, где он командовал облисполкомом. Теперь Дмитрий Степанович был выдвинут на пост Председателя Российского Правительства, бывший предсовмина Российской Федерации Фрол Романович Козлов шёл первым заместителем союзного премьера, в Кремле ему был уготован богато отделанный булганинский кабинет.
— Нам, ребята, дела надо шибче решать, таких вот красавцев, таких эрудитов наперёд ставить! — указывая на Козлова с Полянским, восторгался Хрущёв. — Я всегда выступал за молодежь, а то сидят старики и, извиняюсь, воздух портят! С пердунами задохнуться можно. Дима в Крыму себя проявил, и в Краснодаре чётко командовал, и теперь не подведёт. А про Фрола и говорить нечего, така разумна людина! Бесценный помощник будет мне будет!
Фрол Романович благодарно кивал, Полянский смущенно улыбался.
Лишь у Брежнева на душе было кисло — Фрол обходил. Но Брежнев не подавал вида, и когда Никита Сергеевич заикнулся, что своим первым заместителем в союзном правительстве наметил Козлова, Леонид Ильич от радости за товарища, казалось, расцвел:
«То, правильно! Кому, как не Фролу, в таком деле помогать!» Со слезами умиления Леонид Ильич облобызал Никиту Сергеевича и его будущего зама. На самом же деле было очень обидно — не он шёл в Кремль, а запевала-ленинградец! А тут ещё шустрый Полянский выискался, упругий, как резиновый трос, и цепкий, как дикая кошка, он прямо впился в Первого. Такой никому покоя не даст!
«Ну и пусть, пусть! Теперь будут с Фролом состязаться. Повыцарапывают друг другу глазёнки!» — про себя заключил Леонид Ильич.
С подачи Никиты Сергеевича приговорили Булганина из Президиума выводить, а вводить Подгорного и Полянского.
— Кадры — не шутка, кадры — залог успеха! — закатив глаза, вещал Хрущёв. — Однажды спрашиваю Сталина, почему не даёте областное руководство менять? Когда я из Киева в Москву пришёл, хотел поповских прихвостней разогнать, а то они прям зажирели! «Не трогай!» — говорит Сталин, и разъяснил просто: часто во главе района стоит слабый человек, только этот слабый уже пять лет отпахал, за пять лет он дело освоил, район узнал, с людьми сошёлся, поменяем его, может быть, сильнее человека найдём, да только буксовать будем: пока новый начальник район узнает — не одну шишку набьёт. А если вдруг ошибёмся, более слабого выдвинем, тогда что?
— Менять кадры надо с осторожностью, передвигать с оглядкой, как в шахматах! — подтвердил сталинский вывод Никита Сергеевич. — Слабому надо больше помогать, больше им руководить, больше внимания уделять, тогда он слабым не будет. Вот товарищ Михайлов 14 лет комсомолом руководил, а сейчас министром культуры работает. А был он сильный? Не очень-то. Закончил церковно приходскую школу в три класса, отец — сапожник, сам начинал сапожным подмастерьем, потом стал редактором многотиражки на заводе «Динамо», а ныне — министр! Потому что в голове порядок. Кадры баламутить вредно, но при этом нужны на местах не тюти, а толкачи, вроде товарища Полянского!
Дмитрий Степанович был счастлив. Никита Сергеевич снова куснул арбуз, выплюнул на тарелку целое полчище косточек и, взглянув в окошко, заулыбался:
— Смотрю, любуюсь — тишина кругом, а раньше одни охранники с пистолетами толкались, от безделья папироски покуривали. Избавились от балласта! — довольно заключил Председатель Правительства. — Вот скажите, от кого честному человеку прятаться? Честному человеку петь хочется, а вокруг автоматчики разгуливают, стыд и срам!
С последними решениями партии охрана членов Президиума сильно сократилась — один вооруженный пистолетом офицер и один порученец вместо пятнадцати.
— Ты, Лёня, смотрю, недоволен, что свиты поубавилось?
Леонид Ильич оторвался от арбуза и счастливым голосом отрапортовал:
— Легче дышать стало!
— Ну, ешь, ешь! А я больше не могу, облопался! А ты, Дмитрий Степанович, с арбузами закончил или тебе добавки?
— Позвольте, Никита Сергеевич, дух переведу! — отозвался Полянский.
Хрущёв снисходительно махнул рукой.
— А где Миронова носит?
