— Зима, минус тридцать, — с ухмылкой начал Брежнев. — Мужик пришёл на реку рыбу ловить. Сел с мормышкой над лункой. На нём тулуп, ватные штаны, валенки, меховые рукавицы, а шапки нет. Сидит, ловит, нос уже синий, уши инеем покрылись. Тут два рыбака мимо идут: «Мужик, говорят, ты б шапку надел!». Тот тоскливо на них посмотрел и отвечает: «Вчера шапку надел, ребята выпить позвали, а я не услышал!».
Хрущёв схватился за живот.
— Я рыбалку не люблю, — отсмеявшись, признался он, — но рыба — продукт ценный.
— С нового учебного года в Москве Институт рыбного хозяйства открывается. Теперь по рыбе у нас будут лучшие специалисты! — отрапортовал Козлов.
— Специалисты — то хорошо!
— Высшая школа набирает обороты, в прошлом году три новых вуза в столице появилось, а это всё вы! — Зажав в руке рюмку, Козлов, с грохотом отодвинув стул, поднялся и провозгласил: — За нашего дорогого Никиту Сергеича!
Присутствующие повскакивали с мест и выпили.
— То, что мы про успехи заговорили и за меня пьём, приятно. Об успехах не просто говорить, об успехах трубить надо! Но увлекаться эйфорией не стоит, надо по земле ходить, — заключил Хрущёв.
— Мы от земли не отрываемся! — крутил головой Фрол Романович.
— Новые вузы — то здорово, но мне кажется, с вузами расползлись. К образованию много вопросов имеется. Если начинать разговор об образовании, надо со школы начинать. Свалили на школьника тонны знаний, а зачем? Надо ли ему столько? Это ж не шахта, где уголь добывают, — чем больше, тем лучше! — знания усваивать надо, чтобы потом этими знаниями пользоваться, а не так, чтобы школьнику голову задурить! Прежде всего, молодой человек после школы должен иметь профессиональные навыки, а он ведро поднести не может! Ну что, что «Войну и мир», многотомник неподъемный истрепал, ума набрался? Нет, не набрался ума, в пятнадцать лет пойди-разбери, о чём мудрый граф Толстой пишет. Или бесчисленными формулами его мучают, мучают-мучают, а он простых цифр не понимает! Зачем, спрашивается? Да провалитесь вы с этими формулами! На кой хрен они сдались, если завтра парню за трактор садиться? — в сердцах выкрикнул Первый. — Я многих комбайнёров и слесарей спрашивал, пригодилась тебе высшая математика? Совершенно не пригодилась, отвечают. Для чего, спрашивается, программы с подобными нагрузками? Нужны они? Не нужны! Я считаю, что вместо одиннадцати надо иметь восемь классов, но крепкие восемь классов и программу обучения понятную — это то, что школы касается.
Охотники сидели тихо, слушали.
— Теперь к университетам подошли. Не секрет, что при помощи папаш, мамаш и хороших знакомых в университеты поступают неполноценные, то есть совершенно не подготовленные люди, и такими же они оттуда выходят, потому что их за ручку, как собачку на поводке, по аудиториям водят. Что это за специалисты? Как с подобным бороться? Предлагаю идти к вузу через производство. Работа на производстве перед поступлением отсеет накипь. Мой Серёжа учился на «отлично», а по сравнению со специалистом, прежде проработавшим на заводе, он двоечник! Ему три года понадобится, чтобы цеховой порядок понять, а тот — готовый начальник цеха. Нужно давать строго специальное образование, а не так, что и это тебе, и это, а в целом, не то, ни сё! У нас есть «инженерши», которые выходят замуж, и их металлургическая или химическая, да какая не возьми карьера на замужестве заканчивается. Хорошей матери не обязательно быть металлургом, или горняком, или химиком. И в деле реформы высшей школы нужна стройность! В нашей молодежи живут эгоистичные побуждения. В своё время мы тоже были за институт, каждому хотелось иметь диплом и бога за бороду держать. Сегодня надо проявить государственную мудрость: чтобы соотношение было правильное между специалистами со средним и высшим образованием, и чтобы при меньших издержках иметь хорошо подготовленные кадры. Нужно пересмотреть географию учебных заведений. У нас тут флюсовая политика: столицы от университетов пухнут, а на периферии пустота. Столичная молодежь имеет большую возможность попадать в высшие учебные заведения, а получив диплом, выпускники не хотят уезжать из родного города. Давайте рассредоточим учебные заведения и предоставим молодежи и родителям удовольствие готовить своих сыновей в учебных заведениях на месте их будущей работы, тогда не надо будет принимать принудительные меры, чтобы кто-то куда-то ехал. Столицы же должны готовить людей самой высокой квалификации — физиков, химиков.
— Безупречная логика! — воскликнул Козлов.
— Но нельзя забывать про одарённых детей, — продолжал Хрущёв. — Конечно, одарённость должны определять не мамаши, иначе у нас все дети будут одаренными. Вот Тарас Шевченко был одарённый человек или Моцарт. Моцарт в шесть лет начал музыку писать, подобные им, безусловно, одарённые. Надо сделать так, чтобы одарённых детей отыскивали и развивали их таланты, но чтоб одарённость определяли не родители! Поняли мои мысли? — Хрущёв уставился на присутствующих.
— Взяли на заметку! — отрапортовал Брежнев.
Стол сервировали под чай.
