– Рентген? – бросив озадаченный взгляд на пальцы, ставшие неестественно бледными, спросил Умник. – Это надо в больницу.
– Тогда просто поищи обезболивающее, – рявкнул Питер. – Я не смогу драться с Пауком левой.
С той самой встречи, когда игра поглотила его, он не виделся с Пауком. К замку предпочитал не приближаться, но не потому, что боялся окружающих его зомболюдей, как все обитатели острова, а потому, что чувствовал пугающую тягу к этому месту. Вот и теперь при мысли о походе в замок его цифровое сердце забилось чаще, но не от страха. Нечто другое вызвало всплеск адреналина. И это другое, необъяснимое, пугало и влекло одновременно. При этом Питер осознавал: когда-нибудь ему придется выяснить причину этой странной тяги. Возможно, момент настал.
– Ты в порядке?
Оказывается, Умник уже стоял рядом и протягивал таблетку и стакан воды. Питер молча проглотил лекарство.
– Так, я к замку. Посмотрю, что и как там, а вы пока разберитесь с планом.
– Один пойдешь? – возмутился Боб.
– Нас и так катастрофически мало, – ответил Питер. – Я быстро и незаметно.
Ехать до замка было немногим дольше, чем до лаборатории, – примерно полчаса. По крайней мере, если гнать, как Питер. В этот раз он взял более «тихий» транспорт – старый мерседес, угнанный Венди у злого адвоката. Питер оставил машину в подворотне недалеко от железного забора, окружающего замок. Острые пики на концах толстых прутьев сообщали, что перебраться через него можно разве что с помощью крыльев. Поскольку крыльев в арсенале не имелось, Питер двинулся вдоль ограждения в поисках подходящего местечка для переправы на внутреннюю территорию.
Сердце, точно тикающая бомба, отсчитывало удары с каждым шагом, пока он бежал среди кустов и вековых деревьев. Со стороны замка доносились рваные голоса. Зомби. Сколько их там? Десятки? Сотни? Главное, чтобы не тысячи. А в заборе, как назло, ни одного слабого места. И замок все ближе. Вот уже его стены нависают над Питером. Черные крыши на фоне сумеречного неба вытянулись вороньими клювами. При взгляде на них казалось, что они раскроются и схватят. Сердце застучало еще чаще. То ли от вечерней влажности воздуха, то ли от накала эмоций лицо и тело Питера покрылись потом.
Завернув за угол, он увидел, как железные прутья-поперечины вгрызаются в стену замка, поросшую мхом. Наверху – те же пики, но благодаря стене шанс перемахнуть через них все же был. Не для Умника, конечно. Стена замка частично разрушилась от влаги и времени, открыв для Питера несколько обнадеживающих уступов. Встав на нижнюю поперечину, он подпрыгнул и уцепился за верхнюю. Ноги заскользили по сырому мху, но ему удалось схватиться за торчащий камень и немного подтянуться. Его шея оказалась в опасной близости от острия ограды, и он замер, всматриваясь в стелющуюся между деревьями темноту. Внезапный шорох заставил повернуть голову к стене.
Наткнувшись на четыре блестящих глаза, он отшатнулся, рука отцепилась от камня, и Питер чуть не рухнул вниз, но сумел удержаться на одной руке.
– Твою мать! Ты! – прокряхтел Питер, хватаясь второй рукой за поперечину. В пальцы отдало острой болью. Таблетки хватило ненадолго.
– Ты что, следил за мной, гад?
Паук не двигался и лишь смотрел во все свои глаза.
Питер спрыгнул на землю, подобрал камень покрупнее и швырнул в глазастую гадину. Паук исчез за уступом. Камень с грохотом перевалился за забор. Послышались стоны и покрякивания. Затрещали ветки. Питер отпрянул от прутьев, когда, вынырнув из-за кустов, в них вцепились две пары костлявых рук с посиневшими ногтями.
Увидев цель, зомбаки подняли шум, кусты за забором заколыхались, треск усиливался с каждой секундой, ор – тоже. Все больше и больше худых и ободранных рук хваталось за ограду.
Раздалось краткое шипение, и в один миг все стихло. Зомби со стеклянным ужасом в глазах застыли.
Топот.
Шорох.
Питер слышал каждый свой медленный шаг, отступая от забора и разминая дико ноющие пальцы.
На голову одного из зомби забралось восьминогое чудовище.
«Вот кто контролирует территорию замка. Неубиваемая мерзкая тварь. Но ведь она не остановит нас. Зато остановит зомби».
Питер сделал шаг вперед. Паук смотрел на него, не мигая.
– Хороший зверек, – вполголоса произнес Питер. – Да, ты молодец, что заморозил зомбаков. Сделай так же, когда я вернусь с пацанами.
Питер приблизился к забору вплотную. Тварь совсем рядом – смотрит, не шевелится. Что происходит в его голове или что там у пауков?
Зомби все еще стояли замерзшими статуями, будто встретились со взглядом Василиска, причем не напрямую, а, как Гермиона Грейнджер, через зеркало.
«Что за чушь у меня в голове? Может, взгляд этой твари и на меня действует?»
– Ну что смотришь, паучок? Может, я перемахну через забор, а?
Паук не ответил.
