Свет внутри оставили приглушенным. Горела небольшая люстра под потолком, да где-то в недрах зала светилась неяркая настольная лампа. Вещи гнездились и теснились вокруг них. Шкафы толкались плечами, диваны задевали кресла локтями, книги сыпали сладкую пыль на потертый кафель пола.
К ним вышел человек, одетый в кипенно-белую рубашку и черные джинсы.
– Здравствуйте, – негромко сказал он.
В его голосе горчинкой звучала надтреснутая бархатность. На лицо упал свет. Аккуратная стрижка, кустистые темные брови, темные глаза. Нуарная, молочная бледность кожи. Он был совсем не похож на светловолосых, почти бесцветных местных.
– Добрый вечер, – сказал Тахти.
Серый помахал ему рукой.
– Юдзуру?
Серый улыбнулся блеклой, неубедительной улыбкой. Человек пожал ему руку и протянул руку Тахти.
– Я Чеслав.
– Тахти.
На лице у Серого все еще оставался кровоподтек, уже не такой черный, но все равно очень заметный. Хоть Серый и попытался спрятать его под пластырем, Чеслав все равно заметил. Чеслав смотрел на него, смотрел, потом указал на свое лицо, на свою скулу, потом на Серого. Серый порылся в карманах, нашарил блокнот и огрызком карандаша написал несколько слов. о помощи не попросил. Очень в его стиле).
– Я могу переводить, – сказал Тахти и продублировал свои слова на язык жестов.
– Ты знаешь жесты? – спросил Чеслав. – Это хорошо. Мы с Юдзуру обычно переписываемся. Хотя я уже пару жестов тоже знаю.
Чеслав прочитал сообщение Серого. Его брови сползлись на переносице. Он кивнул, перевернул табличку на двери словами «Технический перерыв» к улице, запер дверь на ключ. Жестом он позвал их за собой, и они прошли через лабиринт мебели и старинных вещиц в узкую дверцу за прилавком. Тахти успел заметить библиотечную настольную лампу на столе и открытый на комодах каталог мебели.
том, что cracks add to the beauty
Они спустились по узкой лестнице. Свет давала новогодняя гирлянда из разноцветных стеклянных лампочек. Такие давно уже вышли из моды. За дверью оказалось сумрачное помещение с узкими окнами под самым потолком. По всем стенам стояли стеллажи, и только около двери на приличном расстоянии друг от друга стояли огромные столы.
– Здесь мастерская, можем здесь поговорить, – сказал Чеслав. – Сейчас здесь никого нет. Может, чаю сделать вам?
Он коснулся плеча Серого, наглядно показал, как он пьет из невидимого стакана. Серый покачал головой.
– А ты? – спросил Чеслав Тахти.
– Не нужно, спасибо.
– Берите любые стулья, садитесь, – сказал Чеслав. – В ногах правды нет.
Тахти устроился на табуретке, Серый сел на стул на колесиках. Рабочий стол за его спиной был завален инструментом. Бокорезы, круглогубцы, надфили, кисточки из натуральной щетины, банки с краской, растворителем, эмульсией. Стол был старый и грязный, но инструменты лежали на своих местах, чистые, аккуратные. Их было много, но их содержали в идеальном порядке. Пол под столом усыпала древесная стружка. Чеслав перевернул деревянный ящик, сел.
– Ну так что стряслось?
Тахти покачал ладонью, и Серый посмотрел на него. Тахти перевел слова Чеслава на язык жестов. Серый с шумом втянул воздух, перевел взгляд на свои колени. Кончики его пальцев едва заметно подрагивали, не оформляясь в жесты. Серый молчал, и секунды падали тяжело, медленно.
– Покажи ему, – сказал Тахти и жестами, и вслух.
– Показать что? – Чеслав посмотрел на Тахти, потом на Серого.
Серый медлил. Не глядя на Чеслава, поднял рукава. Все руки покрывали синяки, поверх старых, желтых, почти бесцветных, новые, темные, лилово-черные. На левом предплечье все еще читалась надпись черным маркером, «R уйду».
Чеслав смотрел и молчал. Серый опустил рукава и отвернулся. (у Серого на лице
– Это… – начал Чеслав.
* Дом, – сказал Серый невнятным, смазанным жестом.
Тахти перевел для Чеслава это слово. Чеслав потер лоб кончиками пальцев.
– Опять они забухали, что ли?
Тахти перевел. Серый смотрел на руки Тахти, испуганно, через пряди волос. Потом смотрел на Чеслава. Поднял руку, замер и снова опустил ее на колени.
– Слушай… Прости, что так вышло, – заговорил Чеслав, и Тахти переводил слово в слово. – Я поговорю с ними. Черт, как же хреново. Если хочешь, давай что-нибудь придумаем…
Серый остановил Чеслава жестом.
* Не говори им ничего, – попросил он. Тахти удивился, но перевел. – У меня есть дом, это хорошо. Не нужно спать на улице.
Чеслав хотел что-то сказать, но Серый только покачал головой.
* Все нормально. Ты знаешь, этого достаточно. Так решили.
Тахти перевел и добавил уже от себя:
– Это я уговорил Серого с тобой поговорить. Я подумал, лучше тебе знать. Прости, что лезу, но это и мое дело тоже. Серый – мой друг.
– Я понимаю. Блин, я даже не знаю, что сказать. Я так виноват…
* Ты не виноват, – сказал Серый. – Ты мне помогаешь. Если бы не ты, я бы спал на улице.
Чеслав выслушал и снова принялся тереть лоб рукой.
(о чем в итоге они договорятся?
Серый вышел в ванную, и Тахти пошел по мастерской. Полки были заставлены старинными вещицами, в основном скульптурами, часами, фототехникой прошлых времен. Мебель лежала разобранная. От едких, химических запахов начинала болеть голова.
