– Бывает-бывает, сейчас мы с тобой поедем к моему косметологу. Она выведет на твоем лице эти жуткие пятна. Но уже сейчас ты выбросишь свою ужасную еду в помойное ведро. Прямо сейчас. Не выходя из кафе. Девушка должна питаться, как птичка. Можно позволить себе кусочек сыра, половинку яблока, куриную ножку. Если, разумеется, девушка хочет стать обольстительной красавицей, – сказала я, уплетая яблочное пюре.
– А как же я это выброшу, а мои деньги? – изумилась Людмила.
– Это будет твоя первая жертва на пути к дивной красоте. Люд, а ты хочешь, чтобы Денис Михайлович Черников обратил на тебя внимание? – сказала я, удивляясь собственной проницательности.
Конечно же, серая в яблоках Людмила втайне влюблена в этого отвратительного сатрапа. И на здоровье. Пусть любит, кого девичья душа пожелает. Мне не жалко. Чем больше на планете любви, тем меньше на ней зла. Надо открыть шлюзы, выпустить воду, чтобы освободить каналы, а затем впустить в них любовь. Меня обуревали шпионские страсти. Как со мной, так и я в ответ. На зло отвечу чужой любовью. Сделаю затравку, напущу на Дениса Черникова красивую девушку. Но сначала отчищу ее, отмою, отскоблю. Людмила встала и отнесла поднос с полными тарелками на стол с грязной посудой. Она вмиг потеряла аппетит, нависла надо мной, поторапливая.
– Вставай, Настя, поехали, а то обеденный перерыв скоро закончится, – сказала она.
Все благополучно устроилось. Людмила загорелась, как факел. Ей уже грезились корзины с цветами, подиумы, поклонники и «Кадиллаки». А я исполнила свой долг по усовершенствованию человечества. Можно устраниться от нелегкого процесса. Механизм заведен. Процесс пошел. Работает как часы. Когда мы выходили из кафе, Людмилу окликнул какой-то мужчина. Они приветливо улыбнулись, поздоровались, чмокнулись. Я рассеянно озиралась, ожидая завершения ритуала.
– Вам понравилась моя работа? – пронеслось в воздухе.
Вопрос явно предназначался мне. Я взглянула на мужчину. Фотограф. Сволочь. Редкого таланта мастер. И все равно подлый таракан. С пятнистой Людмилой водит доброе знакомство. Ее-то он не снимает на свои эротические плакаты.
– Очень, – сказала я, – а вы случайно подметили ракурс?
– Ракурс уловил случайно, но мы ведь уговаривались с Алексеем на помещение, – возразил мастер. А я удивленно вздернула брови, и он продолжил, ничуть не смущаясь: – Я должен был сфотографировать вас с ним в помещении. На квартире. Алексей внес предоплату, все как положено, но позже он позвонил и сказал, что вы решили сделать снимок в клубе, на людях. Вот так все и вышло. Я горжусь своей работой. Удачный снимок, не правда ли?
– Удачный, слишком удачный, дальше некуда, – прошептала я, вглядываясь в узкие глазки мастера.
И как он сквозь эти щелки натуру видит? А Ниткин-то, оказывается, ждал меня в офисе, чтобы фотограф снял нас вдвоем в квартире. В чьей квартире? Загадка. Набить фотографу физиономию, что ли? Нет, нельзя, стыдно, неприлично, моветон. Алексей снял его за деньги. Ничего неприличного этот человек не сделал. Наоборот, отличился высококлассным произведением почти искусства.
– А условием являлась внезапность? Я ничего не должна была знать, так, да? – сказала я.
Кажется, я задавала лишние вопросы. Все и без того ясно, как солнечный день. Ниткин нанял фотографа. Оплатил работу. Но не целиком. Внес лишь предоплату. Вдруг снимок не удался бы.
– Вы давно с ним знакомы? – спросила я, обгоняя ответ мастера.
– Я не с ним, с Людочкой мы знакомы, – стесняясь, краснея, пробормотал фотограф.
– Мы работали вместе в журнале, а Ниткин попросил меня срочно свести его с хорошим фотографом, у него своего нет, – скороговоркой подтвердила Людмила, корчась от нетерпения.
Люда явно скучала, ей не хотелось затевать пустые разговоры, ее ждали поклонники и «Кадиллаки», цветы, овации и огни рампы. Она исподтишка подталкивала меня к выходу. Скорее, еще скорее… Нужно спешить. Красота не любит опозданий.
– Мне понравился снимок, изысканная работа, – скупо похвалила я смущенного мастера, – а за работу сполна заплатили?
– Да-да, все в порядке, – засуетился фотограф.
Все тайное вылезло наружу. Полезло изо всех щелей. Нет секретов в нашем отечестве. В нашем городе все друг друга знают, все знакомы, вместе работают, отдыхают, фотографируются. И никуда от этого не деться. Такое уж наше предназначение. А Людмила уже тащила меня к выходу. Она волновалась, спешила, почти бежала. Я вызвала знакомого таксиста.
– Начальник, у меня переменились обстоятельства, я не могу поехать с этой девушкой. Нужно отвезти ценный груз по этому адресу. И передай красавицу прямо в руки мастеру по имени Наташа. Вот тебе деньги за проезд, – сказала я, засовывая купюру в карман куртки таксиста.
– Многовато вроде, – покосился на карман таксист.
– Нет-нет, я сама расплачусь, у меня с собой есть, – спохватилась Людмила.
– Людочка, милая, не спеши. Наташа тебя сделает первой красавицей в этом городе, но после обдерет как липку. Она же мастер своего красивого дела, – ухмыльнулась я.
