Приближаясь к лестнице, она вдруг заметила среди десятка голов одну рыжую – она уже спускалась по ступеням. Вера ринулась вперед, но врезалась в человека.
– Черт возьми! – Рявкнул какой-то седоватый мужчина, поправляя очки. – Смотрите, куда идете, девушка!
Проигнорировав его замечание и саму его персону, Вера бросилась сквозь людей.
И вот, она почти догнала девушку, стремительно направлявшуюся к выходу. К тому моменту, когда Вера, можно сказать, едва ли не уперлась в ее спину, она круто обернулась и вонзилась в Веру пронзительным взглядом, словно бы все это время она чувствовала, что за ней следят.
Вера от неожиданности раскрыла рот, но не издала ни звука – впрочем, как и рыжеволосая. Казалось, она была готова произнести первое слово, как вдруг подняла глаза на зов:
– Катя! Катя!
Вера обернулась. Это был Никита.
Спустившись по лестнице, он подбежал к ней, схватил за плечи и наклонился к ней так, что их носы почти соприкасались.
– Зачем ты убежала? Что произошло? Ты меня напугала!
Через мгновение к ним подошел Сергей, поначалу уделивший внимание найденной Вере, слегка потрепавший обоим мужчинам нервы, но затем, заметив недоумевающую женщину, он воскликнул:
– Катерина! Какая встреча!
И Вера, и Никита встрепенулись. Они увидели, как Сергей подошел к женщине и, взяв ее руку, запястье которой украшал бриллиантовый браслет, легонько поцеловал.
– Ах, Сергей, правда, не ожидала вас здесь увидеть. По крайней мере, сегодня.
– Звезды сошлись, – он посмеялся, а затем обратился к Никите и Вере. – Друзья, это Катерина Ни…
– Просто Катерина, – отрезала она поспешно; голос ее нервно дрогнул, и Вера не смогла пропустить это мимо ушей. – Добрый вечер.
– Это мой давний друг, – Сергей потрепал Никиту по плечу, – Фомичёв Никита. А это…
– Фомичёв? – Прошептала Катерина, сменившись в лице.
Никита улыбнулся.
– Знакомая фамилия?
– Навряд ли такая же распространенная, как Иванов, – посмеялся Сергей, ожидая, что шутку подхватит и Катерина, которая, к его разочарованию, продолжала завороженно смотреть на Никиту.
На фоне всего происходящего находилась оцепеневшая Вера. Сердце ее стучало так сильно, что она чувствовала его в каждой части тела, даже в горле, даже в ушах, даже в ногах, в животе, спине, руках, ногах. Она чувствовала пульсацию и холод колючих мурашек. Состояние ее было таким неведомым ей, и в другой ситуации она бы впала в панику, но не сейчас, когда сознание было далеко от ее существа. Стеклянными глазами она уставилась на Катерину, а в голове мелькали картинки, звучали голоса, и все смешалось, закружилось, завертелось. Ей хотелось кричать, но она не могла, горло ее конвульсивно сжалось, сил не было. Все, что ей оставалось делать – это стоять, смотреть и слушать.
– Просто… – Катерина опустила глаза и, согнав какую-то мысль, улыбнулась, – навеяло.
– Что? – Вырвалось у Веры. Женщина посмотрела на нее с приподнятыми бровями, а Вера же повторила. – Что? Что навеяло?
– А это его дочь, – быстро вставил Сергей, – Катя.
– О, – женщина улыбнулась, – тезка?
– И более того, – пробормотала Вера, но никто ее не расслышал.
Вера смотрела на Катерину так пристально, что той стало не по себе. У нее появилось внезапное желание спрятаться за кого-нибудь от этой пары глаз.
К счастью, в это время к ним присоединился Матвей. Он подошел к Вере, коснулся ее плеча и, когда та кивнула ему, он слегка кивнул ей в ответ, как будто бы они умели общаться мысленно. Затем он перевел взгляд на Катерину.
– А это… – Сергей вздохнул и понизил голос, лишившийся торжественности. – Это мой сын, Матвей.
Катерина, окидывая его взглядом, удовлетворенно улыбнулась.
– Очень приятно познакомиться! Я представляла вас иначе.
– Навряд ли отец говорит обо мне на каждом сеансе. – Мрачно отозвался Матвей, сунув руки в карманы своих бардовых брюк.
Сергей кашлянул в кулак, метнув в сына многозначительный взгляд, от которого тот, однако, уклонился.
– Сеанс? – Никита изогнул бровь. – Что за сеанс?
– Катерина мой психолог, – вздохнул Сергей.
– Психолог? – Бровь Никиты была готова заползти на затылок.
– Отбросьте стереотипное мышление, Никита, – вкрадчиво произнесла Катерина, – и примите тот факт, что в психологах нуждаются не только девочки-анорексички или душевнобольные.
– Люди, скорее нуждающиеся в психиатрическом диспансере, нежели в услугах психолога, – парировал Матвей, разглядывая стену позади Катерины.
– Прошу вас, – извиняющимся тоном заговорил Сергей, – не обращайте внимания на его язык. В жилах у него течет ядовитый сарказм, серьезно.
– Я заметила, – улыбнулась Катерина, без стеснения смотря на Матвея.
Вера узнала этот взгляд. Это был не простой интерес, сверкавший в ее маленьких, все так же хитрых глазках. Она увидела эту кроткую улыбку, легкий румянец на щеках.
На Матвея смотрела юная девушка в теле взрослой женщины.
И понять это могла только Вера, ведь никому и ничего не было известно.
– Послушайте! – Воскликнул Сергей. – Давайте же не будем стоять тут, на выходе. Я предлагаю нам завершить этот чудесный вечер ужином в ресторане. Катерина?
