– Я только за, – улыбнулась она, неохотно отрывая взгляд от Матвея, отвечающего ей не очень благосклонным взором.
– И я не против, – выпалил Никита, но тут же посмотрел на Веру, готовый услышать ее протест. Но она, к его огромному удивлению, молчала. Она даже не обратила на него внимание – оно было всецело обращено к Катерине.
– В таком случае, – Сергей сцепил ладони, – вперед?
– О, только не в ваш средневековый замок, – сказала Катерина, предугадав его намерения.
– Почему же?
– Я перепробовала там все меню, – она рассмеялась, Никита подхватил. – А вообще, к чему так далеко ехать? Рядом с Мариинским театром есть очень много прекрасных мест, не хуже вашего ресторана.
– Не обижайте меня.
– И не думала, – Катерина взяла его за локоть, когда он подставил его ей, и они первые двинулись к выходу. Никита поравнялся с ними, последними же шли Матвей и Вера.
Когда взрослые вышли, Матвей взял Веру за руку, напугав ее.
– Ты знаешь ее?
Вера заморгала, глядя то на его руку, то ему в глаза.
– Матвей, мне…
– Ты ее знаешь?
Вера вздохнула. У него было странное выражение лица, заставившее ее затрепетать.
– Да, – выдохнула Вера, – знаю.
Матвей плотно сжал губы, опустил глаза и отпустил ее руку, позволяя ей двигаться дальше.
Через несколько минут они уже прибыли в ресторан, напоминающий старое английское кафе своим интерьером и теплым светом ламп. Потолки были не слишком высокими, столики казались слишком маленькими для больших компаний, а стулья не слишком удобными. И все же, место это было таким очаровательным, что мелкие недочеты, сперва попадающие в глаза, улетучиваются через мгновение.
Вера в ресторан влюбилась сразу. Здесь пахло терпким козьим сыром, благородным вином и дорогими сигаретами, дым которых выпускали алые губы богатых, одиноких женщин, занявших столики в самых глубинках зала. Здесь играл джаз, носились неугомонные официанты, всеми силами зарабатывающие чаевые, гремела посуда и смеялись гости, наслаждающиеся вечером и жизнью.
Вера опять почувствовала то блаженство, тот радостный душевный подъем, не объяснимый точно, но окрыляющий, стирающий в голове всякие мысли, еще накануне омрачающие все настроение. Она опять вкусила жизнь и ей показалось, что она такая сладкая, такая опьяняющая и что насытиться ей просто невозможно.
Маленькая пышная официанта с искренней лучистой улыбкой бодро поприветствовала своих гостей, усадила их за самых крупный столик с диванчиком пастельного тона, отдала им меню и откланялась, предоставляя им время для выбора.
– Только послушайте, – Никита улыбнулся, – «Морской волк двадцати пятиминутного копчения или запеченный в пергаменте с травами». Надо же!
Сергей хмыкнул.
– Не смейся, а попробуй. Поверь, оно того стоит.
– Как ужасно, – прошептала Вера, в голове которого вспыхнули не самые аппетитные образы от одного лишь названия блюда.
– Ну, Катенька, не реальный же это волк в пергаменте, – утешил ее Никита, перелистывая страницу.
– Сыровяленый свиной окорок, по-вашему, звучит соблазнительнее? – Вставила, в свою очередь, Катя.
Мужчины поддержали ее смехом.
Матвей листал меню с безучастным видом, как скучающий пассажир электрички бессознательно читает газету в пути, дабы убить время. Вера понимала, что особого удовольствия от вечера он не получает, но не понимала, зачем же он, тогда, пошел с ними. Навряд ли он побоялся отца и, уж тем более, не разделял симпатию отца к Катерине настолько, чтобы пойти против собственного настроения.
– А как рёбрышки Новозеландского ягненка с… – Начал было Сергей, когда вдруг Вера вскрикнула, затыкая уши:
– Довольно, хватит! Как это отвратительно, как ужасно даже слышать!
Матвей молча посмотрел на Веру, положив меню на стол. Сергей и Никита виновато опустили глаза в книжку, а Катерина, ничуть не тронутая восприимчивостью Веры, беззаботно улыбалась и листала меню.
– Я вспомнила свою маму, – произнесла она вслух, как бы объясняя свою улыбку.
Вера напружинилась.
– Маму? – Она подалась вперед.
– Да, – Катерина передернула плечами, не взглянув, однако, на Веру. – Она тоже не ела мясо. Сколько я ее помнила, она не ела мясо никогда.
– А сколько вы ее помнили?
Все сидящие за столом посмотрели на Веру, но только Катерина задержалась на ней недоуменным взглядом.
– В смысле?
Вера молча ждала ответа, не став повторять вопрос.
Катерина, словно уловив в чертах лица Веры что-то знакомое, резко вздохнула и вернулась к меню.
В это время к ним подошла официантка. Из основных блюд заказали антрекот из говядины с соусом из зеленого перца (Сергей), тунец гриль с кардамоном и соте из овощей (Никита). Вера решила, все-таки, попробовать крем-суп из тыквы с сыром горгонзола. Матвей остановился на буррате с томатами и базиликом.
– Что-нибудь на десерт? – Спросила пышка с крупными веснушками, украсившими все ее кругленькое румяное личико.
– Это позже, – махнул рукой Сергей.
– А вы? – Девушка посмотрела на Катерину. – Что желаете?
Катерина томно вздохнула, даже слегка наигранно, закрыла меню и протянула его официантке, говоря:
– Язычки ягненка с пюре из сельдерея.
Вера вздрогнула.
Матвей расхохотался.
