Вообще, идея встретить Новый год на лоне природы пришла нам в головы внезапно и в очень неподходящий момент – за три дня до праздника. Поначалу мы с мужем хотели от нее отказаться: нормальные люди бронируют домики и гостиничные номера за полгода до новогоднего застолья, и к концу декабря свободных комнат обычно не бывает.
Однако нам повезло. Консультант первой же базы, на которую мы смогли дозвониться, сообщила, что у них волшебным образом остался свободный трехместный домик, да еще по вполне приемлемой цене.
Посчитав это подарком от Деда Мороза, мы, конечно же, его забронировали. Таким образом, в одиннадцатом часу утра 31 декабря наше семейство в составе меня, моего мужа Олега и нашей четырнадцатилетней дочери Маруси прибыло на базу отдыха, расположенную на живописнейшей опушке большого старого леса.
Нам понравилось абсолютно все: и изба, и расположенный в центре базы ледяной городок, и фотозона, и горка для тюбинга, и небольшой каток, обустроенный на местном озере.
К праздничному застолью мы стали готовиться лишь после семи часов вечера, вдоволь нагулявшись, накатавшись и познакомившись со всеми соседями. Пока наш папа развешивал в гостиной гирлянду и ловил телевизионный сигнал, мы с дочкой достали привезенные из города продукты и приступили к нарезке новогодних салатов.
– Здесь так круто, мам! – восторженно говорила Маруся, очищая от скорлупы вареные яйца. – Гораздо лучше, чем дома. Ты видела, какая тут классная горка? Я с нее съехала два миллиона раз! А завтра утром мы пойдем на каток. Я обещала Лизе из третьей избушки, что научу ее держаться на льду. Тебе тут нравится?
– Конечно, нравится, – улыбнулась я. – Здесь здорово. Намного красивее и удобнее, чем было раньше.
– Раньше? – переспросила дочь. – Ты уже бывала в этих местах?
– Да, – кивнула я, пересыпая в миску тертый сыр. – Несколько лет назад тут находился дачный поселок. Когда я была маленькой, мы с родителями несколько раз сюда приезжали. Наши соседи владели одним из местных домов, и твои бабушка с дедушкой снимали его у них на три-четыре недели. Два раза я даже встречала тут Новый год.
– Ого! Весело, наверное, было.
Я печально улыбнулась.
– К сожалению, нет. Веселого в тех праздниках оказалось мало. Особенно в последнем.
– Почему?
– Потому что тогда в местном лесу пропала твоя тетя Алена.
Маруся нахмурила лоб.
– Ты имеешь в виду свою старшую сестру? Ту, которую много лет назад загрызли волки?
– Какие еще волки? – удивилась я. – С чего ты это взяла?
– Бабушка сказала, – пожала плечами дочь. – Когда она вспоминает твое детство, всегда говорит про тетю Алену. Мол, в новогоднюю ночь она заблудилась в лесу, и там ее съели хищные звери. Причем, так хорошо съели, что даже косточек не оставили. Тело-то ее так и не нашли.
– Конечно, не нашли, – согласилась я. – Потому что она жива, Маруся. Я, по крайней мере, очень на это надеюсь. А волков, если что, в этом лесу никогда не было.
Дочь отложила в сторону нож и уставилась на меня изумленным взглядом.
– Мама, я сейчас не поняла. В каком это смысле тетя жива? О ней же всегда говорят, как о покойнице.
– Потому и говорят, что не знают того, что знаю я.
Маруся вопросительно приподняла бровь. Я вздохнула и положила в тарелку недорезанную вареную морковь.
– С Аленой случилась странная история, Марусенька. Такая странная, что я никому ее не рассказывала. Боялась прослыть сумасшедшей.
– А мне расскажешь? – дочь взяла табурет и подсела ближе. – Уж я-то тебя дурочкой считать не стану.
Несколько секунд я молчала, а потом тоже села на табурет.
– Я уже говорила, что твои бабушка и дед несколько раз арендовали в этих местах дачный дом. Обычно мы приезжали сюда летом: загорали, ловили в озере рыбу, ходили в лес за земляникой и диким щавелем. Нам тут очень нравилось, Маруся. Родители даже думали выкупить этот участок у соседей. А потом папе пришла в голову мысль встретить здесь Новый год. Мне тогда было десять лет, а моей сестре – двенадцать. Это был первый раз, когда нас привезли сюда зимой. Чтобы праздник получился веселым, родители взяли с собой дядю Степана и его сына Тимофея. Помнишь Тимофея, Маруся?
– Конечно, – кивнула дочь. – Это твой двоюродный брат, который работает в школе учителем физкультуры.
– Да. Сейчас-то он строгий и серьезный, а в детстве был страшным озорником. Постоянно ввязывался в какие-нибудь истории, и его все время за что-то наказывали. Мы с сестрой Тиму очень любили. Он был мастак придумывать интересные игры, и с ним всегда было весело. В тот день брат тоже развлекал нас выдумками и дурачеством, а потом предложил прогуляться в лес. Взрослые готовились к празднику, на нас внимания не обращали и нашего отсутствия наверняка бы не заметили. Я от прогулки отказалась. На улице вечерело, вот-вот должно было стемнеть, и уходить со двора было попросту страшно. А вот Аленка пошла. Они с братом сделали вид, будто отправились к озеру, а сами свернули за околицу и убежали.