— Сегодня мы идем на гулянье. Отпусти свою дочь с нами, пусть она немного повеселится, — просят они мать девушки.
— Ах, я не могу ее отпустить, — отвечает та, — не могу никому доверить, потому что три дня подряд прилетала птица и пророчила ей беду.
Как она так сказала, соседки говорят:
— Да ты никак с ума сошла: что это за разговоры? Нас столько человек — уж если мы не сможем присмотреть за одной девушкой, какие мы тогда хозяйки! Ты не беспокойся: мы ее хорошенько повеселим и приведем обратно.
Соседки уговаривают, успокаивают мать и наконец забирают девушку с собой.
И вот они гуляют, играют, веселятся.
На обратном пути девушки подходят к какому-то роднику. Все соседки, попив воды, идут дальше; когда же наша девица начинает пить воду из источника, между ней и ее соседками вырастает громадная стена — такая, что ни с этой на ту сторону, ни с той на эту не перейти!
Соседки так и ахнули:
— Ах, какая беда! Теперь нам будут говорить: «Дуры вы, дуры! Разве вы понимаете больше матери. Взяли чужую девушку и погубили». Да лучше бы нам превратиться в камни, чем сюда идти! Да тресни наши головы! Что мы теперь скажем матери?
Они на этой стороне, а девушка на той — стали плакать, потом одна из них и говорит:
— Слезами ведь горю не поможешь! Пойдем расскажем обо всем ее матери, она больше нас понимает, быть может что-нибудь и придумаем вместе.
Они отправляются к матери девушки, а та давно уже поджидает их, сидит у двери и думает: «Уже поздно! Куда они девались?» Увидела их и спрашивает:
— А где дочь?
А те, плача и всхлипывая, рассказывают, что случилось.
— Ах, ведь я вам говорила! — упрекает их женщина, бежит к источнику, подходит к стене, за которой осталась девушка, и обе начинают плакать, каждая со своей стороны.
Долго-долго они так плакали, и девушка по ту сторону стены уснула.
Наутро она просыпается, открывает глаза и видит перед собой дверь. «Чему быть, того не миновать!» — думает она и входит в эту дверь; смотрит — перед ней прекрасный дворец. Глядит туда, глядит сюда — в глаза ей бросается сорок ключей, висящих на стене. Девушка берет ключи, открывает тридцать девять комнат: в одной находит золото, в другой — серебро, в третьей — драгоценные каменья, одним словом, в каждой комнате — разные драгоценности.
Она открывает сороковую комнату, видит — спит молодой бей, около него опахало. Девушка подходит к нему и замечает у него на груди бумагу, а в ней написано: «Кто сорок дней будет читать надо мной молитву и овевать меня — тому все мое имущество; если это будет девушка, я буду ее мужем, а она моей женой». Так было написано в бумаге.
Девушка тотчас же совершает омовение, садится у изголовья бея, тридцать девять дней читает молитву над ним и овевает его опахалом.
В утро сорокового дня она подходит к окну: видит в саду арабку. «Позову-ка я ее сюда, пусть она побудет около бея, пока я приберусь немного. Сегодня ведь он должен проснуться!» — думает она и зовет арабку наверх.
— Ты почитай и помахай немного здесь около бея, я сейчас приду, — говорит она ей.
Пока девушка приводит себя в порядок, арабка читает и овевает бея. Вдруг она видит на груди у него бумагу, внимательно читает ее, и все становится ей понятно.
В это время бей чихает, вскакивает и заключает арабку в объятия.
Пусть они там обнимаются, а девушка тем временем покончила со своими делами и поднялась наверх. Она входит в комнату, а арабка ее прогоняет:
— Вот негодная! Я, важная султанша, хожу совсем просто одетая, а ты, ничтожная рабыня, ушла наряжаться.
Бей очень удивился этому, но не показал виду и оставил все как есть. Одним словом, девушку послал на кухню стряпухой, а сам стал жить с арабкой.
Наступает праздник. Бей спрашивает арабку и девушку, какие подарки они желают получить. Арабка просит разных вещей и платьев, а девушка говорит:
— Я хочу сары-сабур[62] и нож с черной рукояткой.
Бей обеим купил, то, что каждая пожелала, и опять удивился: почему девушка накануне праздника просит такие бесполезные вещи? Девушка взяла свои подарки и ушла на кухню.
Когда наступил вечер, бей подумал: «Чудно! Что же она будет делать со всем этим?» — и осторожно спрятался в шкаф на кухне.
Ночью девушка взяла в руки нож и, держа его перед сары-сабуром, рассказала ему с начала до конца свою историю, похожую на сказку. В то время, как девушка рассказывала, сары-сабур не переставая трещал, раскалываясь на части, а когда сказка окончилась, совсем раскололся.
— О сары-сабур, сары-сабур, ты — камень терпения и то раскололся, а я ведь только человек, как мне все вытерпеть? — сказала девушка и только хотела вонзить в себя нож как из шкафа выскочил бей и схватил ее за руку.
— Ага-а-а, вот как было дело!
Он берет девушку в жены и начинает праздновать свадьбу сорок дней и сорок ночей, а арабку спрашивает:
— Чего ты хочешь: сорок лошаков или сорок клинков?
Арабка отвечает:
— Сорок клинков — в шею моему врагу; сорок лошаков хочу я, чтобы добраться на свою родину.
