По телу прокатилась жаркая волна. Неужели сейчас все и случится? Тот самый первый раз, о котором перешептывались девушки в женском общежитии университета, тот поворотный момент, который всегда казался мне чем-то особенным, шагом во взрослую жизнь.
Хотела ли я? Да.
Мое тело требовало продолжения, разбуженное умелыми прикосновениями. Ведь когда-нибудь, рано или поздно, это должно будет случиться – так почему же не сейчас, в этот самый правильный момент, когда вечер так тих и ласков, а со мной мужчина, которому я готова безоговорочно довериться?
Мужчина, связанный со мной волшебным Благословением Рэйи. Зельем…
Пальцы, сжимавшие пуговицу, замерли, так и не закончив движения.
– Что же я делаю? – пробормотала я. – Что?..
Была ли страсть, охватившая нас, настоящей? Или же это – жар, блуждающий по телу от прикосновений Деймера, проникновенный ярко-синий взгляд, способный в одно мгновение вскружить голову, губы, дразнящие обещанием нового поцелуя, – всего лишь влияние «Жгучей страсти», проклятого зелья, сводящего с ума?
Словно почувствовав всколыхнувшиеся в моей голове сомнения, Деймер остановился. Разомкнув объятия, он осторожно отвел мои руки от воротника своей рубашки и повернулся на бок, аккуратно опуская меня на плед. В синих глазах страсть смешивалась с нежностью и чем-то еще, чего я, ошарашенная, растерянная и сбитая с толку внезапными переменами, произошедшими в нас, никак не могла осознать.
Лэр улыбнулся, но улыбка показалась мне чуточку грустной, как будто он на долю секунды решился поверить в чудо, открыться ему, но волшебство ускользнуло как вода сквозь пальцы.
– Холодает, – глухо проговорил Деймер, поднимаясь на ноги. – Возвращайся в дом. Я сам все приберу.
Он не стал дожидаться ответа. Развернулся и быстрым шагом скрылся за деревьями. Хлопнула входная дверь.
Я вздрогнула, зябко поежившись. Солнце уже село, но вечер еще оставался по-летнему теплым. Нет, холод, терзавший меня, исходил изнутри – оттуда, где после внезапного ухода Деймера осталась лишь ледяная пустота, голодная и злая.
И теперь я знала: согреть меня мог только он.
Моя душа разрывалась надвое. Одна ее часть – та, что была одержима зельем «Жгучей страсти», – гнала меня вслед за Деймером, чтобы вернуть, не отпускать, убедить остаться. Другая же не позволяла сдвинуться с места, оцепенев от осознания непоправимости того, что едва не случилось между нами. Я не должна была… не должна была безвольно поддаваться навязанной страсти, не должна была принимать заботу Деймера за мужской интерес – все это ложь, зелье, искусственные, ненастоящие чувства.
Я не понимала себя, своих желаний и Деймера, одновременно отстраненно-холодного и притягательно-близкого. Даже мысли причиняли боль. Реальную – в отличие от этих самых чувств – боль.
Лэр ушел и больше не возвращался. Бесцельно прождав несколько десятков минут, я собрала остатки пикника в корзину, свернула плед и отнесла все в дом. Несмотря на теплый вечер, тело била мелкая дрожь, голова раскалывалась, а низ живота сковало противной тянущей болью. Пустота внутри мешала, путала мысли.
Надо было освежиться и попытаться хоть как-то прийти в себя.
Я влетела в ванную рядом с моей временной спальней, почти не задумываясь, словно что-то влекло меня туда. И, едва переступив порог, замерла, чувствуя, как пожар в крови заполыхал с новой силой. На крючках для полотенец кое-как висела снятая в спешке одежда, рядом стояли дорогие ботинки, стопочкой лежало чистое белье. В закрытой душевой кабинке громко шумела вода. А сам Деймер…
Сквозь запотевшее стекло я смогла различить лишь нечеткий высокий силуэт. Лэр почти не шевелился, подняв голову и подставив лицо бьющим сверху тугим струям, позволяя быстрым каплям стекать по его телу – вниз, вниз, вниз. Стоя вполоборота ко мне, он, кажется, не замечал моего присутствия. Мелкие капельки воды падали на стенки душевой кабины, прочерчивая кривые дорожки. Я смотрела на них, словно завороженная, складывая по нечетким контурам и цветовым пятнам – светлое, темное, светлое – знакомый образ.
Пару ударов сердца спустя я решилась.
Шаг, другой. Моя рука коснулась стекла, оставляя на мутной поверхности полупрозрачный отпечаток. Я увидела Деймера, близкого и одновременно недосягаемого, – глаза полуприкрыты, губы сжаты – и смотрела до тех пор, пока лицо лэра не начало терять четкость из-за заволакивавшего душевую кабинку густого пара.
Но мне хотелось большего.
Стекло было холодным и влажным на ощупь. Я положила ладонь на стенку кабинки – и медленно повела вниз, стирая с прозрачной поверхности капли воды и пар, открывая обнаженного Деймера для жадного взгляда.
Лицо, широкие плечи, грудная клетка, покрытая рунической вязью татуировок. Плоский живот. Уходящая вниз – за границу видимости – темная дорожка волос.
Помедлив лишь мгновение, я решительно продолжила, скользя ладонью по стеклу все ниже и ниже. И увидела все.
