Я никогда прежде не разглядывала обнаженное тело взрослого мужчины и теперь не могла оторвать взгляда. Да, на уроках анатомии я, как и все другие девчонки, изучила иллюстрации во всех деталях и неплохо представляла особенности строения мужчины… думала, что неплохо. Но на самом деле я понятия не имела, как в действительности выглядит недвусмысленное подтверждение интереса, проявляемого к женщине.
Ко мне…
Мое тело откликнулось почти инстинктивно. В ушах зашумела кровь, колени подогнулись, низ живота словно опалило жаром. Я хотела… коснуться его. Хотела почувствовать… Даже так, даже не зная, на что это может быть похоже… я очень, очень хотела.
– Марри? – увлеченная фантазиями, я не заметила, когда шум воды вдруг стих, и хриплый голос Деймера стал хорошо слышен.
Я отняла ладонь – и встретилась взглядом с лэром. В синих глазах мелькнуло удивление и замешательство. Стенка душевой кабины, разделявшая нас, с грохотом сдвинулась в сторону, почти перед самым моим носом промелькнуло полотенце, и прежде чем я успела произнести хоть слово, Деймер торопливо прикрылся.
– Что ты здесь делаешь?
Наверное, он ожидал, что я отшатнусь, позволив ему выйти из душа, но вместо этого я подалась к нему, почти коснувшись влажной кожи.
– Прости, – толком не понимая, за что именно извиняюсь, пробормотала я и потянулась к его груди. – Деймер… Дей… Я хочу… мне надо…
Он перехватил мои руки, не позволив дотронуться.
– Это зелье, Маритта.
– Да, но…
Деймер мягко отстранил меня и, отступив, посмотрел мне в глаза серьезно и строго.
– Человек должен быть сильнее своих желаний, – тихо, но твердо произнес он. Я вновь попыталась шагнуть к Деймеру, но лэр не позволил, коротко качнув головой. – Сегодня я переночую в городе. Ничего не бойся, в доме безопасно, а в мое отсутствие зелье должно будет перестать так сильно действовать. Обещаю, скоро ты придешь в себя и обрадуешься, что не сделала ничего такого, о чем пришлось бы жалеть.
– Нет, – упрямо ответила я. – Нет.
Деймер сделал вид, что не услышал.
Той ночью мне так и не удалось уснуть. Слишком много пустоты было вокруг, и еще больше – внутри. Лэр сделал то, что собирался, – уехал в город, оставив меня одну – но не сдержал обещания. Я не пришла в себя, и легче не стало, а жалела я лишь о том, что тогда, на маленькой пристани, испугалась и не позволила себе и ему дойти до конца.
Зелье кипело в крови, жгло, сводило с ума – тоской, беспокойством, злостью и неудовлетворенным желанием. Устав бессмысленно ворочаться с боку на бок, я спустилась в гостиную, выпила стакан воды, осмотрела розарий, протестировала антидот, настаивавшийся в сосуде из тролльего стекла – разумеется, не сработавший, – но ни в чем не нашла успокоения. Работа не увлекала, еда казалась пресной, ничего не радовало.
Шаман Арх был прав. Путь отрицания даров Рэйи обещал быть долгим и мучительным. И правы были те, кто запретил использовать неизученные волшебные реактивы в составе человеческих зелий. «Что троллю хорошо, то человеку смерть», – гласила всем известная поговорка, и только такой человек, как Красс, мог решить, что на него соблюдаемые веками правила не распространяются.
А я, даже зная о склонности друга к нарушению всех мыслимых и немыслимых запретов, оказалась настолько беспечной, что согласилась протестировать результат его безумных экспериментов на себе. Поверила, что ничего страшного не произойдет. Какая же невероятная глупость!
Промаявшись до десяти утра, я решила поехать в город – заглянуть в городскую библиотеку и, может быть, еще раз поговорить с Хельви, если сегодня его смена. До приезда Красстена оставалось еще несколько дней, и стоило провести их с пользой, продолжив работу над антидотом. К тому же для восстановления душевного равновесия нужно было хотя бы попробовать заняться чем-то полезным, поскольку оставаться в доме, где все, совершенно все напоминало о Деймере, с каждым одиноким часом становилось только невыносимее.
Ближайшая железнодорожная станция располагалась в окрестностях Сторхелля – я видела платформу, когда мы с Деймером проезжали мимо позавчера утром. Пешком до нее было, наверное, около часа. Я вытащила из многострадального чемодана сумочку с последними деньгами, переоделась и отправилась в путь.
Особняк пришлось оставить практически открытым – ни Деймер, ни Красс не озаботились оставить мне ключи. Но сейчас хотя бы можно было понадеяться на магическую защиту. Запирая калитку, я почувствовала легкое колебание магии, коконом опутывающей владения семьи Ноуров.
Я бодро зашагала вдоль дороги, стараясь идти как можно быстрее: у пригородных поездов нередко был дневной перерыв в расписании, и стоило поторопиться, чтобы успеть вовремя. Высокие сосны куполом укрывали дорогу от набирающего силу зноя. Желтый круг солнца был почти неразличим сквозь переплетение ветвей и густую хвою, но редкие яркие лучи все же прорывались вниз, причудливым узором ложась на серое полотно дороги.
