Основания шеи мягко коснулась губка. Деймер чуть надавил на нее, и мыльная вода тонкой струйкой стекла по спине вниз, чуть щекоча кожу. Лопатки, поясница, ягодицы… Теплая губка повторила это движение. Я прикусила губу, сдерживая жаркий вздох. Из-за того, что я не могла видеть Деймера, – мутное стекло не давало полной картины – каждое его касание было внезапным, непредсказуемым, а оттого еще более желанным.
Зелье будто ждало именно этого часа, чтобы вспыхнуть в крови в полную силу. Я чувствовала себя пьяной – откровенностью ситуации, Деймером, всем, что происходило вокруг. Тревожная нервозность уходила, сменяясь бесшабашной легкостью.
Хотела ли я этого? Этого голода, этого пламени, сжигающего изнутри, этой отчаянной жажды? Осознания, что я умру, если он не прикоснется ко мне снова, не приподнимет мой подбородок так уверенно и властно, чтобы заклеймить жарким поцелуем – моя.
Его…
Каждая клеточка моего тела хотела, чтобы он касался меня вновь и вновь, чтобы прижал к себе невозможно-плотно. Чтобы обнаженная кожа коснулась кожи, и этот томительный жар внутри наконец осознал, для чего он – сделать меня горячей и податливой, готовой для него…
Я развернулась, поймала его ладонь и направила туда, где хотела почувствовать ее больше всего. Вниз.
Большая мужская рука накрыла живот и, подчиняясь моему напору, опустилась ниже, ниже, ниже, скользя по намыленной влажной коже.
– Марри, – с каким-то отчаянием прошептал Деймер, глядя мне прямо в глаза, но так и не попытавшись высвободиться. – Я же не железный…
Его темные глаза с тонкой полоской ярко-синей радужки завораживали.
– И не надо, – тихо сказала я. – Не будь железным. Просто… Дей, понимаешь, дело ведь не в волках и не в тех странных событиях, что происходят вокруг нас в последние дни. Действительно страшно мне было только от мысли, что ты никогда больше не вернешься… ко мне. Потому что… потому что ты возводишь стену между собой и другими, между собой и собственными желаниями. Теми, которые я вижу в твоих глазах, которые чувствую в тебе… Ты, Деймер Ноур, хочешь казаться холодным железным мэром, но на самом деле ты не такой. На самом деле…
Я подтолкнула его пальцы еще ниже.
– Марри…
– Чувствуешь? – наклонившись к нему, выдохнула я почти в самое его ухо. – Чувствуешь, Дей? Это моя страсть.
Он вздрогнул – и пальцы рефлекторно дернулись, задевая ту самую чувствительную точку моего тела, где, казалось, сосредоточились все мои ощущения. И… каждая клеточка откликнулась на это почти случайное касание. Голова закружилась. Страсть мутила сознание, я едва контролировала себя и свои желания. Выгнувшись, как мартовская кошка, я прильнула к Деймеру, приглашая его продолжить.
Еще, еще и еще…
– Горячая… – совершенно пьяно пробормотал он. – Марри…
– Пожалуйста, – прошептала я, – пожалуйста… Я хочу… с тобой… сейчас.
Деймер хрипло выругался по-свейландски, уступая моему напору. Пальцы вновь шевельнулись – поглаживая, лаская все откровеннее и смелее. Я хрипло застонала, откровенно наслаждаясь его умелыми, выверенными движениями, прижимаясь к нему плотнее, теснее.
Рука Деймера легла мне на поясницу, притягивая еще ближе – хотя, казалось, ближе уже некуда. Обнаженная мокрая кожа живота коснулась плотной темной ткани его брюк. Дей с шипением втянул воздух сквозь сжатые зубы.
– Это все зелье, – едва слышно пробормотал он. – Зелье… Ты пожалеешь…
Я обвила его шею руками и потянулась к его губам, решительно отметая последние доводы рассудка.
– Я хочу узнать, что же это такое – страсть, о которой все говорят, – чуть отклонив голову, я посмотрела ему в глаза. – Я хочу узнать это с тобой, Дей, только с тобой. Покажи мне, какова твоя страсть.
И он сдался окончательно.
Рука, ласкавшая меня, исчезла, чтобы секунду спустя крепко подхватить под ягодицы. Деймер рывком поднял меня из ванны и, легко удерживая на весу, притянул к себе.
– Обними меня ногами, – попросил он. – Держись.
Я охотно подчинилась – скрестила за его спиной голые мокрые лодыжки, прижалась к широкой груди. Дорогая белая рубашка намокла, испачкалась в мыльной пене, но сейчас мне было не до этого. Все мое существо сосредоточилось на одной пульсирующей сладким жаром точке.
Я кожей ощущала возбуждение и напряжение Деймера. Нас разделяла лишь плотная ткань его брюк, но я знала – еще немного, и эта преграда исчезнет. И тогда…
Утонув в фантазиях, шалея от близости Дея и его сильных рук, я не заметила, как мы оказались в моей спальне. Склонившись над кроватью, лэр осторожно опустил меня и чуть отстранился, окидывая затуманенным от страсти взглядом потемневших глаз. Мгновение он любовался мной, распростертой на постели в ореоле влажных сиреневых волос. А потом…
Это было почти как во сне – только ярче, острее, лучше. Повинуясь желанию, струящемуся по венам, я шире развела ноги. Деймер рвано выдохнул, проследив за этим бесстыдным движением, впитав в себя остатки моего смущения, разрушая все сомнения.
– Марри…
