— Вы можете считать нормальными свои обжимания с девицами и горячие поцелуи по углам, я же так не считаю. Поэтому давайте вернемся к прежним отношениям, когда меня не интересовали ваши похождения. Только делайте это не напоказ, позора для себя и фамилии я не потерплю. А если желаете, и вовсе отправляйте просьбу Императору, пусть даст вам разрешение на развод, я не буду возражать. Тогда вы станете свободным и сможете целовать и тискать хоть всех девиц в Империи поочередно и скопом. Император, без всякого сомнения, козел еще тот, но и вы можете стать равным ему.
Она развернулась и ушла, оставив Максимилиана в глубокой растерянности. Его бывшие подруги, с которыми он давно уже не виделся, в этот день действительно проявили к нему самые нежные чувства. Они были весьма игривы, а он не удержался и ответил шутя, без всякого умысла. И лишь теперь представил, как это выглядело со стороны, какими глазами смотрела на его развлечения жена.
Завтракали втроем, Наташа с недоумением смотрела на сестру и князя, не понимая их упорного молчания, не удержалась, спросила:
— Вы что, так сильно устали во дворце? Все молчите и молчите.
— Устали, Наташенька, очень устали. Там было слишком шумно и незнакомых людей много. Вот отдохнем и жизнь наладится. — улыбнулась сестре Катя.
После завтрака Максимилиан ушел к себе в кабинет, через несколько минут к нему постучала и вошла жена. Подошла к столу и положила перед ним три футляра.
— Возвращаю ваши семейные украшения, Ваша Светлость. Думаю, вам они еще пригодятся, а мне ни к чему.
Максимилиан молчал, глядя на Катины руки. На одном из тонких пальцев переливался мягким светом голубой камень.
— Откуда у тебя это кольцо, Катя? — севшим голосом спросил князь. — И как давно ты его носишь?
— Это кольцо подарила мне моя мама, еще лет десять назад. Оно было мне великовато, я носила его на шее, надетым на цепочку. Потом хранила с другими памятными вещицами. Мама говорила, что кольцо заговорено ею на мое счастье, просила сберечь. Сегодня увидела его в своей шкатулке, вспомнила, решила одеть. Счастье никогда не бывает лишним.
Екатерина давно ушла, а он все никак не мог собраться с мыслями. Прекрасная, желанная незнакомка оказалась его собственной женой? Он задавал себе этот вопрос, а сам уже знал ответ на него. Все эти годы ему снилась именно она, графиня Екатерина Шумская, его жена. Он давно уже не разделял два этих образа, они слились для него в один, желанный, близкий и любимый. Навязанный ему брак, который должен был унизить его, привел к нему ту, о которой он мечтал с юных лет. А он всего за один день разрушил все, что загорелось между ними, что могло составить счастье всей его жизни.
Все последующие дни Максимилиан искал возможности объясниться с женой, но она упорно избегала разговора, при редких встречах была холодна и немногословна. В библиотеке ею был оборудован небольшой уголок под собственный кабинет и она чаще всего просиживала там, изготавливая какие-то артефакты, которые затем складывала в коробочки и увозила неизвестно куда. Однажды белоярский градоначальник Максимов остановил его у приюта для детей, потерявших родителей и попросил:
— Ваша Светлость, все артефакты, что вы через Екатерину Алексеевну для города передаете, очень хороши, но нам еще обереги для детишек не помешали бы. Артефактами мы уже и приют, и лавки и городскую управу обеспечили, но ведь детишки на одном месте не сидят, надо каждому на шею оберег повесить.
Максимилиан с трудом скрыл свое удивление и обещал помочь приюту.
Как-то днем, проезжая по городу, князь увидел Катю, стоящую рядом с молодым высоким мужчиной. Незнакомец был темноволосым, черноглазым и улыбался его жене неотразимой улыбкой. Катя тоже улыбалась ему, потом он поцеловал ее руку и, развернувшись, зашел в лавочку напротив. Максимилиан подъехал к жене, спешился и едко поинтересовался:
— Вам никто не говорил, Екатерина Алексеевна, что неприлично встречаться с мужчинами вот так, прямо на улице? Да еще и дарить такие нескромные улыбки с целованием ручек?
Княгиня одарила его очередным холодным взглядом, но что-либо ответить не успела. Из лавки вышел незнакомец, говоривший с ней, увидел князя и просиял своей лучистой улыбкой:
— Ваша Светлость! Какое счастье, что я вижу и вас тоже! Ее Светлость я уже поблагодарил за помощь, позвольте и вам сказать сердечное спасибо! Те деньги, которые вы через Екатерину Алексеевну передали для моей сестры, позволили нам совершенно вылечить ее от терзавшей болезни. Теперь она здорова и выходит замуж, денег хватило и на ее приданое. Благодарим вас за ваше милосердие, Ваша Светлость!
Мужчина снял свою шляпу и низко поклонился им с женой. Максимилиан нашел в себе силу, чтобы улыбнуться благодарному брату неизвестной ему девушки. Вдвоем с Катей они в полном молчании шли к дому, на половине пути он остановился и спросил:
— Почему ты сказала, что деньги для сестры этого человека передал я?
Катя пожала плечами:
