Выйдя спустя три дня, он вдруг обнаружил, что посольство Северной Чжоу уже закончило все порученные дела государственные и готовится возвращаться к себе на родину. Юйвэнь Цин, узнав, что Шэнь Цяо был ранен, прислал ему значительный запас укрепляющих средств. Тем самым он хотел выгадать случай расспросить даоса, чем кончился поединок Янь Уши и Жуянь Кэхуэя, а также вызнать все сколько-нибудь существенные подробности. Нет, он слышал, что схватка двух несравненных кончилась ничьей, но не более того. Расспрашивать Янь Уши сановник побоялся, вот и надеялся, что Шэнь Цяо окажет ему такую любезность, но тот, увы, заперся у себя и не принимал три дня кряду, которые Юйвэнь Цин провел в изрядной тревоге, дожидаясь вожделенной беседы.
Услышав, что Шэнь Цяо наконец-то вышел в бренный мир, посол тут же примчался к нему и, следуя хорошему тону, прежде справился о самочувствии раненого. Выслушав ответ Шэнь Цяо, он смущенно сказал:
– В тот день народу было видимо-невидимо, и в такой толчее мы с Юй Цзы едва не потеряли друг друга. Надеюсь, сами вы не пострадали? – Благодарю вас за заботу, брат Юйвэнь, в тот день я получил всего пару ран, и сейчас они почти затянулись.
– Говоря начистоту, мы уже собираемся в обратный путь, – с долей неловкости начал Юйвэнь Цин. – Если не случится ничего дурного или непредвиденного, академия Великой Реки пошлет своих людей сопроводить нас. Так чем же все-таки кончился поединок младшего наставника Яня и владыки Жуяня? Кто одержал верх? Вы имели удовольствие присутствовать на этом зрелище, несомненно, вам исход очевиден. Мне младший наставник так ничего и не сказал, а расспрашивать его я не посмею. Но ежели победил все-таки младший наставник, мне бы хотелось утереть нос этим чванливым конфуцианцам! Пусть знают, как велика Северная Чжоу!
Шэнь Цяо никак не ожидал, что Юйвэнь Цин явился к нему, изнывая от тревоги и нетерпения, по столь пустячному делу. Впрочем, это показалось ему забавным, и он покладисто ответил:
– Пожалуй, некоторое преимущество осталось у главы Яня.
– А! Ну разумеется! – просиял от радости и гордости Юйвэнь Цин. Но тут же помрачнел и с некоторым недоверием уточнил:
– Но верно ли это? Слышал, владыка Жуянь славится своим искусством. Боец он могучий и входит в тройку лучших мастеров Поднебесной, если не является первым среди первых.
В боевых искусствах Юйвэнь Цин не разбирался: слышал он многое, но мало что понимал, а потому Шэнь Цяо объяснил ему просто:
– На самом деле они оба были ранены. Глава Янь растревожил старые раны, а владыка Жуянь, если не ошибаюсь, повредил меридианы. Теперь около месяца он не сможет пользоваться истинной ци.
– Около месяца? Да он, пожалуй, все три будет сидеть без дела, – вдруг перебил их Янь Уши, и тон его был холоднее льда. Голос его прозвучал гораздо раньше, чем он вошел в комнату. Появившись, он небрежно бросил Юйвэнь Цину:
– Отчего же меня не спросишь, если любопытство взяло?
По какой-то причине всякий раз, когда Юйвэнь Цину приходилось беседовать с Демоническим Владыкой, его охватывал неописуемый страх. Вот и сейчас, стоило тому войти, как несчастный стал ерзать на месте, не зная, куда себя деть, а когда Янь Уши бросил на него до жути пронзительный взгляд, Юйвэнь Цину и вовсе стало не по себе. Чтобы вернуть себе толику самообладания, он неловко посмеялся:
– Ну что вы! Безусловно, младший наставник очень занят. Как можно вас отвлекать по таким пустякам! Ох, пойду я, погляжу, как укладывают вещи. Когда слуги закончат с приготовлениями, я пришлю вам сообщить, – сказав так, он вскочил с места и поспешил удалиться.
Не обращая на него никакого внимания, Янь Уши повернулся к Шэнь Цяо и осведомился:
– И как тебе?
Вопрос был расплывчатым, но Шэнь Цяо вполне его понял:
– Ваш поединок с Жуянь Кэхуэем… был поразителен, – ответил он, взвешивая каждое слово. – Настоящее чудо, какое редко увидишь. Быть может, это великолепное зрелище натолкнет кого-нибудь на мысль, и он сумеет взойти на новую ступень. Что до меня, то я провел в созерцании три дня кряду и преуспел лишь в исцелении ран, но ничего нового так и не постиг. Передо мной словно стоит невидимая преграда, которая мешает продвинуться еще на один шаг. Я будто кружу на одном месте. Одна радость: ци стала течь плавнее, зрение несколько улучшилось, и теперь я могу различать общие очертания предметов.
«Жаль», – равнодушно подумал про себя Янь Уши, ведь на деле жаль ему не было. Однако это двоемыслие нисколько не отразилось на его лице. Наоборот, он ласково улыбнулся и в качестве поощрения произнес:
– Уже хорошо.
Вести о поединке Янь Уши и Жуянь Кэхуэя разнеслись по всей Поднебесной в мгновение ока. Но все жаждали знать лишь одно: кто из них победил.
