Прибыв на Кубу, в порт Мариэль, советские суда днем выгружали сельхозтехнику, а по ночам – ракеты и боеголовки к ним. Всю территорию порта окружили русские военные в форме кубинцев. Затем на трейлерах, накрыв брезентом, солдат переправляли в джунгли. Несмотря на частые полеты самолетов-разведчиков, ракеты оставались незамеченными. В ЦРУ догадывались, что на Кубу доставляют тяжелое вооружение, но о ядерном оружии не было известно ничего.
В джунглях военных разбросали по разным местам. Там командиры объявили: «Наша задача – охрана советских ракет. В случае нападения со стороны американцев мы должны вступить с ними в бой». На другой день солдаты начали готовить площадки для ракет. Военное руководство заверило генсека Хрущёва, что в джунглях ракеты не смогут обнаружить.
Уже на следующий день генералу Иванову, командующему советским воинским контингентом на Кубе, стали поступать данные о потерях среди личного состава. Солдат устроили в больших палатках, но от высокой влажности вся одежда и постель становились мокрыми. Это было полбеды. Самое страшное – по ночам в палатки проникали ядовитые змеи, которых было слишком много. Они заползали в теплые постели солдат и кусали их. Люди умирали, не имея нужных лекарств. Тогда ввели дежурства, и в ночное время солдаты с мачете стали убивать этих тварей. Дежурные, хвастаясь своими трофеями, развешивали мертвых змей на деревьях, и по утрам, выходя из палаток, солдаты разглядывали их. Иногда за ночь убивали около десяти гадов. Умирали солдаты и от укусов ядовитых пауков. Но больше всего жизней уносила малярия, так как в спешке солдатам на родине не были сделаны прививки…
Создавая военную базу на Кубе, Хрущёв отправил туда четыре подводные лодки. На борту каждой, кроме обычных торпед, имелось по одной ядерной, по мощности немного меньше бомбы, сброшенной на Хиросиму. И, впервые в истории четыре командира получили право самим применить ядерное оружие – в случае угрозы захвата подлодки врагом. Сергей Савицкий был одним из них. Ему было 34 года, другие капитаны были того же возраста.
Бухта Сайда Губа, Крайний Север СССР. За день до отплытия всех командиров подлодок собрали в кабинете адмирала Фокина. Рядом с ним за столом сидел адмирал Расохин. Подводникам сообщили, что плавание будет длительным, в одну из африканских стран. Самая главная их задача – оставаться незамеченными. Говоря об этом, Фокин осторожно подбирал слова, чтобы преждевременно не проговориться о цели операции.
– О конечном маршруте узнаете, когда выйдите из северных широт Кольского залива. Тогда вскроете конверт, там будут все дальнейшие указания. Товарищи, есть к нам вопросы?
С места поднялся командир Рюрик Кетов:
– Вчера на наши корабли загрузили ядерные торпеды. С какой целью? Мы прежде не выходили в море с таким опасным оружием.
– Оно должно быть у вас на борту, – как-то неуверенно произнес Фокин. – Мало ли, какая возникнет необходимость…
И тут все капитаны почувствовали, что дело очень серьезное. Мелькнула мысль: «Неужели война?»
Второй вопрос задал Василий Архипов, которого назначили начальником штаба над всеми четырьмя подлодками. Из газет ему было известно, что на Кубе неспокойно. Американцы могут напасть на эту страну, и, вероятнее всего, советских подводников отправляют на помощь кубинским товарищам. Это слишком опасно, ведь у США – мощный флот.
– В каких случаях мы должны использовать эти торпеды?
Адмирал Фокин на минуту задумался, а затем стал говорить что-то невнятное:
– Это в особых случаях, при большой необходимости.
– А какая необходимость может возникнуть, ведь речь идет о ядерном оружии? – спросил Архипов.
– Ну, всякое бывает…
Всем стало ясно, что у адмирала нет ясного ответа. Такой вопрос не обсуждался в Москве у маршала Малиновского. В кабинете повисла тишина. И тут Фокина решил поддержать его заместитель, Расохин:
– Я вам сейчас скажу. Итак, вы можете запустить эту торпеду, во-первых, если враг атаковал вас. И во-вторых, если получите указание из Москвы.
Командиры понимали, что это личная инициатива решительного адмирала, и всё же – это лучше, чем неясность.
– Еще вопросы? – спросил Фокин.
– Товарищ адмирал, – заговорил капитан Шумков. – Дело в том, что на моей лодке нужно сменить аккумуляторы, они слабые. Это опасно: лодка может пойти на дно, если…
– Почему об этом только сейчас говорите? – повысил голос Фокин.
– Об этом я сообщил еще месяц назад, но…
– У нас нет времени, сегодня ночью вы должны отплыть. Думайте, как решить эту проблему в пути. Мы уже и так опаздываем со сроками. Это – решение партии и правительства, и выполнить его вы обязаны любой ценой. Вам ясно – любой ценой!
Четыре командира подводных лодок, одетые в черные форменные шинели, вышли из здания и направились к причалу. Один из них, Кетов, признался сослуживцам:
– Из-за этих торпед на душе как-то тревожно. Таким оружием можно целый флот уничтожить. Конечно, если родина прикажет, то выполним.