Как только София опустила трубку, с улицы донеслись хлопки и выстрелы. София распахнула окно и увидела радостных соседей. Все улыбались, обсуждая последние новости, а дети пускали хлопушки и петарды. Старый Билл, бывший военный, вышел на свой балкон с наградным пистолетом и три раза выстрелил в воздух. Рядом с ним стояли два внука, им тоже хотелось пострелять, но дедушка не дал им оружие.
Вечером все рестораны и бары были полны людьми. Было шумно и весело, все радовались и поднимали тосты за мир. В тот день мир стал другим. Люди стали смотреть на жизнь иначе, чем прежде. Стало ясно: Земля стала слишком хрупкой и уязвимой.
В Мексике в палаточном городке среди беженцев также царила веселье. Эту новость они получили по радио. Майкл там познакомился с двумя молодыми учеными из Далласа. Они стали его соседями по палатке. Как обычно, от безделья они читали книги, а ближе к вечеру разжигали костер и вели беседы на разные темы. Там же каждый час слушали свои миниатюрные радиоприемники.
В тот вечер Майкл с новыми друзьями устроили танцы вокруг костра. Майкл, Стив и Джордж играли на гитаре и пели, а их жены с детьми веселились. Вскоре к ним присоединились и другие семья. Такое же оживление было и у других палаток. В те дни предприимчивые мексиканцы везли в степь беженцам не только продукты, но и целые грузовики с вином и местной водкой – текилой.
Некоторые стали задумываться о возращения домой, однако не все. Кризис еще не миновал: до сих пор ракеты – на Кубе и могут взлететь даже по ошибке военных. Или просто по пьянке какого-нибудь офицера.
В Белом доме тоже царило радостное настроение. Вскоре пришло письмо от Хрущёва. Прочитав ее за столом, президент вызвал к себе ряд советников. Они расселись на диване, а он, как обычно, в своем кресле, и зачитал письмо.
Все стали улыбаться. Это означало, что Хрущёв отказывается от войны и готов сесть за стол переговоров.
– Наконец-то этот твердолобый коммунист стал осознавать, что мы стоим на пороге войны! – сказал Банди. – А вернее сказать, мы его заставили это сделать с помощью хитрости ЦРУ.
– В словах генсека уже чувствуется тревога, – добавил Роберт, – кажется, в его сознании что-то произошло. Но пока Советы нам ничего не предлагают. Может быть, это пустая риторика?
Кеннеди был настроен оптимистично:
– Нет, это серьезно, ведь они повернули свои корабли. Хрущёв приглашает нас к диалогу, чего мы и добивались от него. Вероятно, Хрущёв клюнул на удочку ЦРУ. Выходит, он не такой уж фанатик, как мы думали. Надеюсь, сегодня я засну спокойно и высплюсь как следует.
За столиком разнесся веселый смех. Оказалось, в эти минуты все политики думали о том же – провести вечер в кругу семьи и крепко заснуть.
Но директор ЦРУ предостерег:
– Не слишком расслабляйтесь. Как вам известно, на Кубе командующий Иванов получил приказ готовиться к войне. И такое решение еще никто не отменил, и советские солдаты продолжают рыть окопы вокруг своих войсковых частей. И самое главное – все ракеты приведены в состоянии готовности. Они могут взлететь просто по ошибке какого-нибудь офицера.
Снова в кабинете воцарилась тишина, и к ним вернулись прежние тревоги.
– Господин президент, неужели вы не понимаете, что без военной акции нам не решить эту проблему? – сказал Макнамара. – То, что генсек увел свои корабли, связано с тем, что у них в трюмах – ракеты, и они испугались, как бы это оружие не попало в наши руки. Русские испытывали нас: а вдруг мы испугаемся войны и пропустим их суда на Кубу? То есть Хрущёв не намерен отказаться от своей идеи.
– Я согласен с министром обороны, – поддержал генерал Кребс. – Данные ЦРУ говорят лишь о том, что Советы будут защищать свою военную базу на Кубе.
– Если ты хочешь мира, разве будешь готовиться к войне? – таким образом высказал свое мнение Роберт.
– Письмо Хрущёва – это просто способ затянуть время, – решил советник Банди.
Генерал Кребс опять стал настаивать на своем:
– Господин президент, нам нужны военные меры, это отрезвит пыл русских, и тогда они пойдут на серьезные переговоры. Только силой можно заставить Хрущёва убрать ракеты с Кубы.
Не задумываясь, Кеннеди ответил:
– Сначала должны быть переговоры.
Эту мысль поддержал и посол Стивенсона.
В это время к Кеннеди подошел помощник и передал срочное донесение. Прочитав его, президент изменился в лице. Все затаили дыхание: опять что-то произошло. И президент сообщил:
– Советские ракетчики сбили наш У-2, который совершал полет над Кубой в поисках новых ракет. Пилот майор Рудольф Андерсон погиб.
Все были возмущены, а Кребс громко заявил:
– Вот видите! Мы должны ответить им, молчать уже нельзя.
Почти все поддержали старого опытного генерала.