Итак, месье Жорж оставил Нью-Йорк и свою танцовщицу, чтобы поспешить к постели больной матери. Правильно сделал, ведь, судя по датам, она болела совсем недолго. Полетта вспомнила свою мать, которая умерла при полном безразличии отца.
Месье Жорж, должно быть, из богатой семьи, раз им кто-то прислуживал. Кто это был, дворецкий? Она вздохнула. До чего она докатилась? Развлекается тут расследованием романтических бредней, подходящих разве что для публикации в «Розовой библиотеке»![5]
За окном послышалось громкое жужжание шмеля. Он немного задержался среди гладиолусов, затем продолжил свой путь. Вероятно, искал себе завтрак. Она и сама подумывала спуститься и выпить чаю. Слышно было, как в зале ресторана месье Ивон расставляет столы и стулья.
Любопытство в ней все же взяло верх. Она до сих пор не могла понять, почему эти письма вновь оказались у месье Жоржа. Почему они не были подписаны? И как человек, выросший в семье, которая могла позволить себе дворецкого, очутился в этой сельской глуши, имея из вещей лишь шляпную коробку, полную пожелтевших листов бумаги?
Она взялась за третье письмо.
