Его покровительственный тон совершенно разозлил Полетту. Она выхватила у него из рук газету и шлепнула ею по столу. За соседними столиками на мгновение воцарилась тишина. Хозяйка и завсегдатаи заведения уставились на них. Полетта продолжила размеренным голосом:
– Месье Жорж, я пришла спросить у вас совета вовсе не потому, что я вами восхищаюсь. Если бы вы были на самом деле умны, то не жили бы в этой дыре, не ели бы жирнючую жареную картошку месье Ивона и не терпели бы сомнительный юмор Марселины. Я полагаю, что вы играете на деньги, которые по большей части не ваши. И еще я думаю, что ваши кредиторы понятия не имеют, что вы делаете с их деньгами каждое утро. Я права, месье Жорж?
Старик вздрогнул.
– Так что слушайте внимательно. Если вы дорожите своей репутацией, а также комнатой в гостинице, советую вам научить меня всему, что вы знаете о том, как быстро и много выигрывать. Остальное – мое дело!
Она бросила газету на стол и откинулась на спинку стула.
Месье Жорж потерял дар речи. Кажется, к Полетте вернулся рассудок! Какая муха ее укусила? И главное, как она узнала о деньгах, которые он задолжал всем в округе?
Старик был в растерянности. Он откинулся в кресле и откашлялся.
– Мадам Полетта, вы ошибаетесь, я не…
Полетта угрожающе задрала подбородок. Месье Жорж отступил:
– Но как это сделать? Обучение потребует много времени, месяцы, если не годы, и еще…
«И еще вы должны быть в здравом уме!» – добавил он про себя.
– Ой, не надо, пожалуйста! Если бы для того, чтобы играть на скачках, нужен был диплом, лавочка давно уже закрылась бы!
Месье Жорж вздохнул. Он расчистил место на маленьком алюминиевом столике и одолжил карандаш у проходившей мимо официантки. Затем он достал из своей наплечной сумки чистый лист бумаги. Старик вытер лоб носовым платком и аккуратно положил его обратно в карман. Полетта оценила эти манеры, которые странно контрастировали с убогой обстановкой табачного бара, где она готовилась получить свой первый урок игры на скачках.
Месье Жорж почесал затылок карандашом. Он не знал, с чего начать. Что́ она, собственно, хочет знать? Он протянул ей бланк для игры. Это он мог показать сразу. Прямоугольник бумаги был заполнен маленькими желтыми и белыми клеточками с номерами. Слева игроку нужно было отметить вид, размер ставки и комбинацию игры, прежде чем выбрать лошадей.
– Значит, так. На пятерке победителей можно хорошо заработать, только если ставить много, то же самое насчет тройки и четверного экспресса, так что имеет смысл начинать со ставки на одинар, одинар в тройке или пару.
Полетта слушала его, не спуская глаз с цветного клочка бумаги.
– Ну и потом, нужно любить лошадей, статистику, а лучше – и то и другое. Некоторые игроки предпочитают стратегию стандартных мартингейлов. Самая простая, например, состоит в том, чтобы разделить выигрыш фаворита на количество стартующих…
Говоря это, месье Жорж обводил номера в своей газете. Неожиданно Полетта схватила свою трость и стукнула ею по столу. Месье Жорж подскочил.
– Я не понимаю ни слова из того, что вы тут рассказываете! – разозлилась она.
Месье Жорж посмотрел на нее с недоумением.
– За кого вы меня принимаете? За математика и ветеринара в одном лице, которая провела всю жизнь на ипподроме? Я даже в бинго не умею играть! Так что, черт побери, объясняйте все по-человечески! Да уж! Быстро вы сумели вывести меня из себя!
Месье Жорж извинился. Он не привык рассказывать о таких вещах. Посоветовать, подсказать ту или иную лошадь – да. Но объяснять все новичку – такого ему еще не доводилось делать.
– Значит, попробуйте! И для вас же будет лучше, если у нас получится!
Подошла официантка. Месье Жорж заказал персиковую воду. Полетта лишь отмахнулась от молодой женщины.
Месье Жорж снова вытер лоб.
– Ну что ж… В скачках участвуют лошади…
Полетта закатила глаза.
– Точнее, чистокровные лошади. Есть лошади для коротких забегов, это спринтеры. И есть для длинных, их называют стайерами. Они бегут рысью или галопом, в зависимости от специализации.
Он украдкой покосился на женщину, чтобы убедиться, что она понимает. Затем отпил большой глоток сладкой воды и продолжил:
– Выигрыш, конечно, зависит от ставки… Но также – от рейтинга лошади.
– Да, при ставке пять к одному выигрываешь меньше, чем при ставке тридцать к одному. Это я знаю, спасибо.
– Хорошо.
Месье Жорж задумался. Так много нужно было сказать! Как объяснить, что скачки – это вовсе не прогноз, а скорее искусство? Нужно изучать выступления лошади, ее выносливость, ее поведение во время тренировок, квалификацию жокея, качество ипподрома…
У его отца всегда были лошади. Чистокровные скакуны, которых он доверил заводчику и которые приносили ему большие деньги. Месье Жорж вырос в атмосфере азарта скачек, энтузиазма зрителей и страха перед фальстартом. Грохот открывающихся стартовых боксов, ускорение копыт по дорожке, крики зрителей.
Полетта опять начинала терять терпение. Игра казалась ей ужасно скучной.
– Итак, – продолжал месье Жорж, – вы можете ставить на лошадей по порядку или вразброс…
