У судьбы свои причуды полностью

— Так то вы платите, а сейчас вам заплатят. Чувствуете разницу? Может, задержимся, пока все тут не отремонтируете? — насмешничал мальчик.

Немного освоившись и втянувшись в работу, Марк стал замечать, что слишком часто сталкивается с конюхом. Сначала это были просто вроде бы случайные встречи во дворе, потом они начали сталкиваться в доме, причем Роб старался подловить наедине, отпускал комплименты и пытался встать поближе. Тут уж Марку стало не до смеха, но он рассудил, что раз уж он тут с «папой», то пусть «папа» девичью честь и защищает. Ивер от таких новостей сначала опешил, потом рассвирепел. Марк девушкой выглядел лет на четырнадцать˗пятнадцать, маловато для романа со взрослым мужчиной. Роба он отловил ближе к вечеру на конюшне и сразу потребовал оставить дочь в покое, но получил неожиданный ответ:

— Так ведь я с серьезными намерениями. Я, может, жениться хочу! Марта — девка ладная, из семьи опять же хорошей. А что приданого у нее нет, так, зато у вас связи хорошие. Я вон слышал, сюда вас друг нашего графа устроил, уж зятю то поможете приличное место найти. А я чем вам не жених? Все при мне, и лицом и мозгами не обижен!

— Лицом˗то может быть, а вот насчет мозгов, я бы усомнился. Ты что не видишь, что она девчонка еще совсем, ей до восемнадцати еще три года!

— Да ладно вам, папенька, на что нам эта магия? И без нее проживем. Зато дочу в хорошие руки пристроите!

Уже давно было замечено, что если девушка выходила замуж и начинала рожать до восемнадцати лет, то детей с магическими способностями можно от нее не ждать. Ученые объясняли это тем, что магические каналы у человека полностью формируются только к восемнадцати годам, а ранняя беременность нарушает этот процесс в организме молодой матери. Поэтому замуж дочерей редко отдавали раньше первого совершеннолетия. В аристократических семьях это стало практически законом, в простых семьях, относились попроще, но тоже без нужды не торопились. Выдать девушку замуж до восемнадцати, значит расписаться в том, что у семьи нет денег, чтобы прокормить лишний рот, либо, что молодые не утерпели и ждать совершеннолетия уже нет смысла.

Поэтому желание Роба взять в жены такую молодую девушку, мягко говоря, обескураживало. Ивер нахмурился и пригрозил:

— У нас в роду маги как раз не редкость, и от внука˗мага я отказываться не собираюсь. Так что от дочки моей держись подальше. Иначе пеняй на себя, сам говоришь, у меня связи хорошие… — Ивер с удовольствием понаблюдал, как сползает с лица Роба самодовольная улыбка.

Однако этот разговор полностью конюха от идеи женитьбы не отвадил. Только заставил подойти к ухаживаниям осторожнее, менее назойливо, то букетик цветов вручит при встрече, то леденец на палочке, романтика. Заметила эту романтику и Софи, и в свою очередь отловила Марту в пустом коридоре.

— Перестань заигрывать с Робом! Он мой! — Софи перегородила дорогу, грозно глядя на хрупкую девушку.

— Да кому он нужен, забирай, — равнодушно пожала плечами Марта.

— Ах ты, мелкая дрянь, все равно он на тебе не жениться! — Софи попыталась ударить соперницу.

Марк, привычный к уличным дракам, легко уклонился, но тоже разозлился и дал вырваться злости всполохами пламени на ладони:

— Ну, давай, попробуй еще раз! Только на этот раз я тоже украшу твое личико своей ладошкой!

Горничная в испуге отшатнулась:

— Я все скажу госпоже графине! И что ты напала на меня, и что соблазняешь моего жениха!

— Давай, давай, беги! Тебя же первую уволят, за то, что свару затеяла, — Софи побледнела и забегала глазами.

Марк блефовал, но верно угадал характер графини. Она из тех господ, что ценят в слугах незаметность, и не станут вмешиваться в их разборки, предпочтя уволить всех участников конфликта. Нет, жаловаться Софи никому не пойдет, она будет гадить исподтишка.

Разборка девушек проходила в пустом коридоре, без свидетелей, но очень скоро о ней начали шушукаться все слуги, в том числе слухи дошли до конюха. Как ни странно, Роб сразу оставил идею с женитьбой. Он хотел получить тихую скромную девушку, которую мог бы "воспитать под себя", а владеющая магией и умеющая постоять за себя Марта, перестала быть "удобной" женой.