После всего случившегося она как-то раз услышала, как дедушка говорил о том, чтобы срубить дерево, и уговорила его не делать этого.
Еще в детстве она понимала, что дерево не заслужило смерти. Оно не сделало ничего плохого.
Так что дерево стоит, как и стояло, старое, скрюченное и просто великолепное.
Она подошла к нему и положила руку на шершавую кору.
– Это ведь не наша вина? Мы оба здесь. Она не смогла лишить нас корней.
Довольная и спокойная, она нажала на пульт дистанционного управления гаражной дверью.
Припарковавшись на ранчо с охапкой осенних цветов, она заметила перемены. Джулия говорила, что они построили дом для Диллона. Он стоял у дальней стороны конюшен, и Кейт отметила про себя, что они умело обошлись с пространством и теперь у Диллона было личное пространство с хорошим видом. Она прикинула, что по размерам дом Диллона не уступает ее коттеджу, если не считать второй этаж.
Она увидела коз, несколько овец на склонах холмов, коров на равнине, лошадей на пастбище и в загоне. И Диллона, который работал с молоденькой кобылой на полосе препятствий. Из-за расстояния и сосредоточенности он не слышал, как она подъехала.
Собаки помчались к ней со стороны коров, между которыми играли. Она воспользовалась моментом, чтобы потрепать их и понаблюдать за Диллоном.
Низко надвинув на голову серую шляпу, он пустил лошадь легкой рысью. Тренировка, предположила она. Она умела ездить верхом, ухаживать за лошадьми, но мало что знала о воспитании и дрессировке. А вот у Диллона определенно получалось, потому что он заставил лошадь развернуться и поскакать в обратном направлении.
Собаки решили подогнать ее к дому; и она не стала сопротивляться.
Из сарая вышла Джулия.
Кейт поразило, что Диллон унаследовал поджарое телосложение от матери. Она двигалась тем же решительным шагом, ее темно-русые волосы были собраны под коричневую шляпу с закрученными полями, а рабочие перчатки были засунуты в задний карман джинсов.
Когда Джулия увидела гостью и улыбнулась, Кейт почувствовала угрызения совести.
– Кейтлин! Ты просто картинка! Девушка с цветами.
Она направилась прямо к Кейт и без колебаний заключила ее в объятия.
– Как давно мы не виделись! Проходи. Выглядишь просто замечательно.
– Вы тоже.
Джулия со смехом покачала головой.
– Это максимум, на что я способна после дневной дойки.
– Жаль, что я это пропустила. На самом деле я никогда не видела, как доят коз. В Ирландии я пару раз видела, как доят коров, но это было так давно.
– Трижды в день и каждый день, за исключением коз и коров, которые еще кормят телят. Их доят только один-два раза, так что тебе еще представится возможность увидеть, как это происходит.
Пока они шли, Кейт оглядывалась по сторонам. Зернохранилище, амбары, фермерский дом. Она сказала то же, что думал Диллон:
– Это словно иной мир.
– Но это наш мир. – У двери Джулия сняла ботинки. – Надеюсь, что теперь, когда ты живешь здесь, ты будешь приезжать чаще.
В доме горел камин. Они сменили часть мебели, выбрав синие и зеленые тона, как бы символизирующие море и пастбище, но, к счастью, многое осталось прежним.
Интересно, подумала Кейт, они все еще оставляют свет на ночь на случай, если какая-нибудь заблудшая душа забредет сюда?
– Пойдем. Мама и Рэд должны быть на молочной кухне.
– Диллон сказал, что вы расширили производство.
– На фермерское масло, сыры, сливки и йогурт хороший спрос.
– Меня это не удивляет – я и сама покупаю ваши продукты. Если честно, я хотела купить немного сливок, масла и… Вы тут все переделали.
Джулия оглядела большую кухню, плиту, сдвоенные духовки. Большой стол остался, но места для того, чтобы печь, стало больше.
– Это было необходимо, мы ведь перешли на коммерческий уровень. И теперь мы с мамой не толкаемся во время работы. Позволь мне взять у тебя эти красивые цветы и куртку.
Сверкающая нержавеющая сталь, полки со сложными на вид приспособлениями, назначение которых так и осталось для нее загадкой, массивная сияющая вытяжка над огромной плитой. Однако в маленьком камине по-прежнему тускло горел огонь, а на широком подоконнике в горшочках цвели красивые травы.
– Выглядит очень внушительно, но ощущения те же.
– Значит, у нас получилось. Мы с мамой спорили, переругивались и один раз даже чуть не подрались из-за дизайна и расстановки.
С этими словами Джулия подошла к раковине и положила в нее цветы. Затем вышла в прихожую и повесила куртки.
Кейт прошлась по кухне, провела рукой по столу, за которым они с Джулией много лет назад обрабатывали ей порезы и ссадины.
Она словно зачарованная стояла в широком проеме, который вел в другую кухню. Не совсем кухню, подумала она, хотя там были и плита, и раковины, и рабочий стол.
Свертки с чем-то неизвестным свисали с деревянных прутьев, и капли стекали в расположенные под ними чаши. На прилавках стояли большие стеклянные банки с, как ей показалось, молоком. Бабушка с оранжевой косой открыла кран и что-то делала в раковине. Рэд, да, это точно был Рэд, наливал молоко в маленький блестящий аппарат.
Через большое окно над большой раковиной Кейт увидела Диллона и молодую лошадь.
Джулия шагнула вперед.
