Страх холодил ладони и пробегал мурашками по спине. Кто и что их тут ждет? Не стоило ли им всем вернуться вместе с Норином и перепоручить разбирательство с этим Орденом, или что это там, тем, кто больше знает и умеет? Это ведь даже не поручение господина Марка!..
Ник позволял пугающим мыслям появляться, но не вдумывался в них: так его учил Скай. Пусть приходят и проходят. В конце концов, действительно страшно было в подвале господина Юстиниана, а тут – пока вообще непонятно как: ничего жуткого не происходит, не пахнет кровью, не раздаются из ниоткуда зловещие звуки, все тихо и спокойно. Хотя вообще-то именно эта обманчиво безмятежная тишина и настораживала Ника. Ведь на территории виноградника явно притаились коварные и жестокие преступники, замышляющие неизвестно что. Непонятность происходящего заставляла кончики пальцев холодеть, а сердце – биться быстрее привычного.
Но как бы тревожно ни было, надо идти дальше. Нельзя отставать от Пита, Ская и его дяди. Нужно внимательно прислушиваться и принюхиваться к тому, что творится вокруг.
Голос молчал, не насмешничая, мол, куда и зачем ты полез, дурачок, не давая советов. Равнодушное молчание заставляло Ника чувствовать себя ужасно одиноким.
«Эй, ты там? Можешь что-то подсказать?»
Тишина.
Темно и страшно снаружи и удручающе тихо внутри.
Пит повернулся к идущему следом Скаю и ткнул пальцем куда-то вверх на стену винокурни. Волшебник поднял голову и увидел темнеющий знак в виде знакомого круга с завитком. Краска слабо выделялась на фоне стены, да и рисунок был не очень большим: две ладони в диаметре. Со смотровой площадки Приюта при хорошем увеличении разглядеть знак можно было, но начерчен он был на той стороне, которая смотрела на заросшие деревьями склоны на противоположной от пристанища пожилых волшебников стороне.
Господин Арли тоже посмотрел на знак, кивнул и развел руками: мол, а разве мы ожидали чего-то другого?
Дворик между винокурней, жилым домом, сараями и хранилищем пустовал. Неяркий фонарь в центре чистой просторной площадки освещал забытую кем-то лопату, лежащую прямо посреди двора, пяток пустых бочек, стоящих у хранилища, и маленькую поленницу под навесом у большого сарая.
Внутри винокурни справа темнели здоровенные механизмы: вроде бы старинные прессы, насколько Скай представлял себе процесс изготовления вина. Их застывшие длинные рукояти напоминали части механизма огромного хронометра или еще какого сложного прибора. В центре расположился солидный горизонтальный пресс, похожий на огромные ворота с гигантским винтом, спускающимся с середины верхней перекладины. Правее в ряд стояли корзиночные прессы, казавшиеся игрушками на фоне громадины в центре.
Пьянящие кисло-сладкие запахи одновременно тревожили и будили аппетит.
У противоположной стены покоились бочки разных размеров: от крошки на два литра до огромной, в которую без труда вместился бы человек, если б слегка присел.
В темноте между прессами никто не прятался. В бочке никто не сидел.
Давильня выглядела не то чтобы заброшенной, но время ее еще не пришло: прессы будто дремали в ожидании поры, когда в их недра посыплются спелые сладкие виноградины.
Скай огляделся, но ничего подозрительного не нашел. Дядя, использующий Особое зрение, тоже молчал: значит, он не видит ни зеленых следов нечисти или фиолетовых отпечатков нежити, ни золотых нитей волшебства. Ничем не примечательное хозяйственное помещение.
Вскоре все трое вышли наружу и замерли, напряженно прислушиваясь. Кажется, тревогу еще никто не поднял. Теплая тихая ночь казалась безмятежной и спокойной.
Пит жестом предложил обойти давильню, волшебники согласились.
Первым пошел кучер. За ним, на расстоянии двух шагов, молодой волшебник. Господин Арли следовал за племянником.
Перед Скаем вдруг вспыхнул свет, ярко, безжалостно, до рези в глазах. Он зажмурился, инстинктивно шарахаясь назад. Рядом, кажется, ругнулся Пит.
Волшебник открыл глаза – и ничего не увидел. В первое мгновение он решил, что ослеп. От страха руки и ноги сделались ватными и непослушными. Кто-то дернул Ская за руку, роняя на землю, и где-то совсем близко оглушительно грохнуло заклинание. Видимо, Громовой разряд пришелся в стену.
Волшебник у них все-таки есть. И, возможно, не один.
Так, надо, пусть и вслепую, выставить Защиту. Но стоило сконцентрироваться, как чьи-то крепкие руки поволокли волшебника за угол.
Скай приготовился отбиваться, но тут же услышал знакомый голос.
– Это я, – успокоил Пит.
Пит цел. Это прекрасно. С Ником наверняка все в порядке: он ведь шел в стороне, да и враги его не видят. Вот бы и с дядей…
– Живой? – спросил обеспокоенный дядин голос, и Ская торопливо и бессмысленно ощупали на предмет повреждений.
– Да. Проморгаюсь только.
Это не слепота, это вспышка и шок. Сейчас зрение вернется. Совсем-совсем скоро. Скай потер глаза и попытался приглядеться, но темнота вокруг оставалась такой же непроглядной.
– Отлично! – обрадовался господин Арли. – Теперь надо найти этого волшебника-шалопая и проучить как следует.
– Не вижу его, – отчитался Пит.
