– Чей он мужчина, вот в чем вопрос! – вернулся к началу разговора Кейль. – Мужчина мог быть любовником Масловой, а Абызову они пригласили для маскировки. Если кто-то из соседей стуканет супругу медсестры, что у нее ночевал посторонний мужик, то она с легкостью отопрется, скажет, что это подруга его привезла. Муж Масловой появится примерно через месяц. Кто вспомнит, какая погода была прошлой ночью? Это я понял, что на полу спать было невозможно, а муж Масловой как об этом догадается? Предположим, Маслова вечером пошла к Фурману, чтобы сообщить, что между ними все кончено. Он вспылил и получил топором по голове.
– Он даже не сопротивлялся? – засомневался сын. – Интересные у них разборки были: Маслова объявляет о расставании, Фурман лежит на столе, никак не реагирует на ее слова. И она за это бьет его топором?
– Согласен, не очень складно, – немного подумав, сказал Кейль. – Но все равно, ключ к разгадке убийства лежит внутри их взаимоотношений.
Примерно в это же время Агафонов рассказал супруге о Масловой и ее подруге Абызовой. Жена начальника уголовного розыска была более категоричной.
– Этот мужик – любовник Масловой. Не веришь? Докажу как дважды два. Абызова выгнала мужа и стала свободной женщиной. У нее своя квартира. Скажи, на кой черт она попрется с любовником в холодный домик к подруге, вместо того чтобы наедине, с комфортом, провести время? Зачем какие-то экстремальные испытания устраивать, если у нее все есть?
– Соседи по подъезду могли увидеть…
– Ну и что! – воскликнула жена. – Она – свободная женщина. Кого хочет, того и приводит в дом. Дети у нее есть?
– Дочь в институте в Томске учится.
– Тем более! Кого ей стесняться? Ты можешь складывать из троицы любые комбинации, но ты никуда не денешься от квартиры Абызовой. Баня у Масловой – это будка, в которой можно нагреть воду и помыться без сквозняков? Романтика, конечно! Только не в сорок лет. Если бы в домике собирались подростки, вырвавшиеся из-под присмотра родителей, то им бы и баня была не нужна, а женщина с собственной квартирой менять комфорт на сомнительные удовольствия не станет.
– Если ты права, то выпадает Фурман. Маслова его бросила, приехала с новым мужиком, для маскировки привезла подругу. Зачем ей идти к Фурману и нарываться на неприятности?
– Мало ли как люди расстаются! Последний поцелуй, последнее «прости». Она пришла попрощаться…
– И схватилась за топор, чтобы между ними больше точно ничего не было?
Супруги Агафоновы еще немного поспорили о мотиве убийства и перешли к домашним делам.
Этим же вечером Ивана Абрамова с места происшествия завезли домой переодеться. Жена, увидев мужа в грязи, с порванными брюками, заохала:
– Штанину уже не зашить! Пропали брюки. Я поставлю на них заплату, будет в чем у матери на огороде работать.
– Мне ногу стеклом распороло, – мрачно заметил Иван. – Врач укол сделала от столбняка.
– Тем более не о чем беспокоиться, – отмахнулась от пустяковой травмы супруга. – Когда тебе новые брюки выдадут? Только осенью? Вот беда-то! В чем ты ходить будешь? Одни брюки ты быстро за полгода затаскаешь.
Абрамов вспомнил взгляд Абызовой, полный сострадания, и поразился, что его законная супруга переживает только по поводу испорченной одежды, словно он, Иван, неуязвим для инфекции. Ничего не сказав, он переоделся и уехал в РОВД продолжать дежурство. Арефьева на оставшуюся часть дежурства поменялась с другим следователем.
– Я бы рада отдежурить, – объяснила она по телефону начальнику следствия, – но с меня грязь ручьем течет. У меня даже волосы от грязи слиплись. Если я поеду на место происшествия, то всех свидетелей распугаю.
В ночь с субботы на воскресенье судебно-медицинский эксперт произвел вскрытие тела Фурмана. Оставив санитарам зашивать разрез на груди трупа, он посмотрел записи, которые надиктовал во время исследования тела, и покачал головой. Картина убийства была ясна, но что-то с внутренними органами Фурмана было не так. «Подождем заключения гистологической экспертизы, – решил патологоанатом. – Пока окончательные выводы делать рано».
Ночью он позвонил Абрамову и сообщил, что смерть Фурмана наступила 21 апреля, примерно в 21 час. Причина смерти – открытая черепно-мозговая травма. Смерть потерпевшего наступила мгновенно.
Эксперт-криминалист Кировского райотдела милиции этой ночью тоже трудился. Он исследовал отпечатки пальцев рук, изъятые в домиках у Масловой, Пономарева, Фурман и Безуглова. Предварительное исследование показало, что у Фурмана, Безуглова и Пономарева отпечатки пальцев рук, оставленные на бутылках из-под спиртного и на посуде, принадлежат им самим. У Масловой на одной из бутылок водки был отпечаток, который не принадлежал ни ей, ни Абызовой. Закончив с дактилоскопией, эксперт пошел проявлять фотопленку, отснятую на месте происшествия.
Пока милиционеры или отдыхали в кругу семьи, или продолжали дежурить, Маслова и Абызова навели в домике порядок и сели пить чай.
– Света, признайся, зачем ты этому милиционеру глазки строила? Не наигралась еще в любовь?
