Когда наступила глубокая и темная ночь, я тихонько покинул постоялый двор и совершил длинную прогулку пешком до Оленьего замка. Я направился не к каким-то из ворот, но к тайному входу, который обнаружил, когда был учеником Чейда. Ошибку, допущенную при строительстве стены, «исправили» так, что осталась возможность незаметно войти и выйти из крепости. Заросли терновника вокруг тайного входа были густы как никогда, и я порвал куртку и основательно поцарапался сам, прежде чем добрался до стены и, протиснувшись сквозь обманчиво узкий зазор, попал в Олений замок.
Но проникнуть сквозь наружную стену было только первым шагом. Я был внутри стен крепости, но не в самом замке. Эта часть земли предназначалась для защиты скота на случай осады. Во время войн красных кораблей здесь всегда держали животных, но я сомневался, что в последние годы эту часть крепости использовали. В темноте позади пустых загонов для овец я снял домотканую рубаху и свободные штаны и спрятал одежду в неиспользуемом деревянном корыте. Под ними на мне была моя старая синяя униформа замкового стражника. Она оказалась туже в талии, чем я припоминал, и пахла блохогонкой и кедром после долгого хранения в сундуке, но я решил, что от любого случайного взгляда она меня убережет.
Я опустил голову и поплелся с видом человека уставшего или, возможно, выпившего. Миновав такой походкой двор, я зашел в кухню, откуда можно было попасть в столовую для стражников. От такого тайного возвращения домой меня охватили смешанные чувства. Олений замок всегда был мне домом, и в особенности это касалось кухни. Знакомые запахи всколыхнули множество детских воспоминаний. Эль, копченое мясо и жирные сыры, хлеб в печи и горячий суп, булькающий и манящий… Я едва не поддался искушению войти, сесть за стол и поесть. Не из-за голода, а чтобы снова ощутить вкус еды свой юности.
Вместо этого я неспешно прошел по вымощенному каменными плитами коридору мимо двух кладовых, а потом, не доходя до лестницы, ведущей в погреб, вошел в нужную мне кладовую. Там я ненадолго дал себе волю и прихватил в качестве угощения небольшую связку колбасок, прежде чем привести в действие замаскированную под стеллаж потайную дверь, за которой открывался доступ к замковым шпионским путям. Я закрыл ее за собой и немного постоял в полной темноте, царившей в тех коридорах.
Съел одну колбаску и рассеянно пожалел о том, что у меня нет времени запить ее большой кружкой эля, сваренного в замке. Вздохнув, я пустился в путь по извилистым коридорам и узким лестницам, пронизывавшим внутренние стены Оленьего замка. Этот лабиринт был мне знаком с детства. Единственным сюрпризом оказалась кое-где затянувшая коридор паутина, но и к ней я был привычен.
Я не отправился в секретные покои, где Чейд начинал учить меня ремеслу убийцы. Я знал, что он больше не живет и не ночует там, как прежде. Вместо этого я пробрался по узким коридорам в толще стен на тот этаж, где находилась королевская спальня. Вошел в большую спальню Чейда через зеркальную панель в его уборной и был слегка удивлен тем, что он никак не заблокировал потайной ход. Я пробрался дальше, трепеща при мысли о том, что он меня ждет, что он каким-то образом предугадал мой план, но комната моего бывшего наставника была пустой и холодной, огонь в очаге едва теплился. Я проворно достал из кармана блестящий коричневый желудь и положил на середину его подушки. Потом снова скрылся в шпионском лабиринте и направился к его старой лаборатории убийцы.
