– Понимаю, что многим из вас это решение покажется неожиданным. А, возможно, даже всем. Тем не менее, я могу с легкостью его объяснить. Я никогда не считал, что после моего ухода, компания должна закончить свое существование. Поэтому думал о преемнике уже очень давно. Знаю, что у всех вас сейчас крутится в головах: почему он не сделал преемником своего сына? Верно?
Если бы концентрация взглядов на человеке могла вызывать рак, я бы умер на месте.
– И, поверьте, если бы я видел Николаса на этом месте, был бы самым счастливым человеком на свете. Самым счастливым отцом.
Он сделал паузу, которая отлично подошла бы для проворачивания ножа в моем сердце.
– Но Николас хорош на своем месте. Он отличный специалист. Замечательный менеджер. На позиции исполнительного директора. И так и должно быть дальше. Так оно и будет. Но когда я покину свой пост, место генерального директора займет Дэвид. Хотя… Это не совсем корректно… Дело в том, что я еще не спрашивал мнения Дэвида на этот счет, – он открыл свои дорогие зубы в широкой улыбке, глядя немного левее от меня, – вполне возможно, что он захочет сохранить должность заместителя исполнительного директора, вместо того чтобы возглавить издательство.
Удивительно: в этом возрасте, мне казалось, я знаю уже все уровни его издевательств. Могу их классифицировать, на некоторые уже просто не реагировать. Но предел их, я так думал, мне был уже известен. Но мой отец не стал бы самым успешным издателем, если бы не умел удивлять людей.
Мне хотелось бы быть такой же бессердечной тварью. Таким же бездушным подонком, чтобы отталкивать людей, ищущих его благосклонности годами. Никто не вызывал у меня таких сильных сомнений в моих способностях. Даже в моем ментальном здоровье. Не уверен, что даже после его смерти я смогу оценивать себя объективно, а не через призму его пренебрежения. По крайней мере можно порадоваться за моих психотерапевтов: они нашли золотую жилу. Любопытно, если бы я перенял это его качество, кто из нас сожрал бы другого раньше.
