Х. Влади: Совершенно верно. Николас Ямин выглядел как идеальный кандидат в убийцы. Но он не выглядел дураком. Однажды ему уже удалось выйти сухим из воды при более серьезных мотивах и при меньшем количестве подозреваемых. Он мог быть психопатом, но он точно не был идиотом. Многое намекало на него, но какие-то мелочи постоянно мешали сконцентрироваться на том, что именно он совершил это убийство.
Детектив Дж. К. Стивенсон: Были и более подходящие кандидатуры?
Х. Влади: И это тоже. Все выглядели отличными убийцами с полным набором мотивов и возможностей.
Джей Си всегда чувствовал, когда нужно оставить меня в покое и дать немного подумать.
Я попросила у Влади листок ее блокнота и нашла огрызок карандаша. Хелена не была особенно щедрой, поэтому для моих размышлений у меня была площадь не больше ладони и графит, старый настолько, что его способности писать больше напоминали кусок мыла. Царапая им, как спицей, я попробовала сложить все то, что накопилось в моем мозгу и толкалось в нем, желая вырваться на свободу.
Мы все обвиняли друг друга, мы все были подозрительны. Но если отбросить эмоции, отбросить страхи перед тем, кто совершил убийство, отбросить мотивы, которыми этот дом наполнился до краев, все имело логичное решение. Мы все усложняли с каждым нашим словом, но и упрощали тоже. Как только мы стали честнее и откровеннее, разгадка вышла на первый план и не могла быть другой.
Все было не сложнее школьных задач на логику. И я могла решить эту задачу.
– Ого, как официально, Маделин, – с улыбкой протянул Билл. – Сейчас будет обличительная речь?
Все сидели на своих местах в столовой так, как это было за ужином: с одной стороны стола Влади между Биллом и Николасом, напротив – Джей Си и Агата. Я не стала занимать свое место, а села в торце стола, туда, где сидела Маргарет.
– Только хочу поделиться своими наблюдениями, – я пожала плечами, стараясь выглядеть уверенно, но не слишком серьезно.
– Занимаете место Маргарет? – с ревностью в голосе спросила Агата, недвусмысленно глядя на меня во главе стола. – Не слишком ли рано?
– Хочу вас всех видеть, это единственный повод, – продолжала вяло отбиваться я.
– У вас появилась какая-то новая информация, Маделин? – серьезно спросила Влади, как мама, которая хочет остановить публичный позор ребенка перед гостями, показав ему, что он не готов к выступлению.
– Скорее, некоторые расчеты, которые я сделала…
Николас и Билл как по команде закатили глаза на слове расчеты, а Влади тактично опустила ресницы, чтобы скрыть собственный скепсис.
– Давайте просто послушаем Мад, хорошо? – вступился за меня Джей Си. – А потом уже будем делать выводы.
Перечить ему никто не стал. В конце концов, ситуация все еще оставалась безвыходной: пусть дождь уже и прекратился, а океан открыл нам еще мокрый, но вполне безопасный мостик, мы все еще должны были оставаться на месте, с минуты на минуту ожидая полицию.
– Прежде всего я хочу сказать, что возможности убить Маргарет были у каждого из нас. Но то, как это произошло и когда произошло, ограничивает количество подозреваемых, как бы присутствующим ни хотелось обвинить друг друга. Притом именно самые сомнительные поступки и неблаговидные действия в итоге помогают исключить нескольких людей из круга подозреваемых.
Наконец все посмотрели на меня с интересом, а я, подглядывая на огрызок листочка, как в шпаргалку, начала раскладывать все по полочкам.
– Я немного поинтересовалась действием калмина на человека и выяснила, что для такого явного и устойчивого аромата малины его нужно было добавить по-настоящему много. Допустим, Маргарет всегда употребляла стандартную дозу. Зная, как она следила за собой, предполагаю, что она не злоупотребляла. Джей Си был с ней близок, но никогда не отмечал такого явного малинового запаха.
В подтверждение моих слов он кивнул. А вслед за ним вступил и Билл:
– Это так. Калмин имеет малиновый вкус, но его чувствует только тот, кто его употребляет. А чтобы запах стоял на всю спальню, нужно организовать передозировку.
Я благодарно кивнула и продолжила:
– Мы знаем, что Николас тоже добавил дозу калмина в воду Маргарет, чтобы усыпить ее и войти в комнату за ноутбуком. Сколько вы добавили? – я повернулась к издателю.
– Стандартную дозу. Мне нужно было, чтобы она только уснула, а не отключилась без признаков жизни. Калмин – не препарат для убийства, только для спокойствия.
– Верно. Но Маргарет очевидно приняла его очень много. Возможно, она успела почувствовать, что концентрация выше обычной, но слишком быстро отключилась. Это дает основание предполагать, что кто-то еще добавил ей в воду калмин.
– Кто-то еще? – забеспокоилась Агата. – Но кто?
Все выглядели обеспокоенными, только Влади сохраняла самообладание.
– Я тоже пришла к этому выводу, – подтвердила она. – Думаю, тот, кто запланировал убийство, тоже хотел обеспечить пассивность жертвы.
Все переглядывались и, казалось, готовы были отодвинуться друг от друга или убежать при первой возможности.