Вскоре в дверь постучали. Гай нехотя поднялся и открыл, утирая сопли. На пороге стояла статная женщина с волшебным огнем в руках и корзиной, прикрытой платком. Ее осанка была настолько безупречна, а прическа и закрытая одежда аккуратны, что Гай невольно сам выпрямился и неловко поправил смятую форму.
— Потолкуем, сы́ночка, — тепло и вместе с тем безапелляционно заявила гостья.
Парень невольно подвинулся, пропуская ее. «Сы́ночка? Сколько же ей лет?» Гай неловко почесал нос и пригляделся. Красивая очень, не разберешь возраста. Ну сы́ночка и сы́ночка. Гостья установила волшебный огонь в подставку на стене, разожгла поярче и села за стол. Гай внезапно осознал, что настолько удивлен, что уже и не плачет.
— Меня зовут Чи, соседями будем, — гостья достала из корзины несколько лепешек и молоко.
— Гай, — он неловко сел за стол с другой стороны и вопросительно посмотрел на гостью. В животе забурчало.
— Ешь-ешь! Знаю я, что Гай, малыша Ога старшо́й, — Чи придвинула еду ближе, и Гай набросился на лепешки.
Чи достала из корзинки вышивку и начала ловко орудовать иглой, поучая.
— Здесь работу опасную дают. Основная твоя задача — выжить, понял?
— Угу, — кивнул Гай с набитым ртом.
— Скоро некогда плакать будет, сейчас в секту отправят. Хорошо поешь, соберись и обдумай, как будешь прятаться.
Гай чуть лепешку не выронил. Ему, конечно, сказали выспаться, чтобы вечером пойти на задание, но… в гнилую секту?! Неужели ничего другого нет? Он поспешно доел, выпил молоко и утер губы. «Ну же, выше нос! У меня еще есть, что защищать! Малышка Ни должна быть в порядке. Навещу ее, как будет время. Мы теперь остались одни…»
— Спасибо, Чи.
Не в характере Гая было долго грустить и много думать. В секту так в секту. Такое же задание, как и те, что он привык выполнять, еще пока жил дома. Он достал из сумки ремни с ножнами и начал пристегивать все, что он обычно носил.
Чи сложила вышивание и похлопала его по спине. Гай вдруг заметил возрастные морщинки на ухоженной шее, когда женщина вот так запрокинула голову. «Ей что, за триста?! Хорошо сохранилась старушка… Неудивительно, что она отца малышом называла!»
— Береги себя, сы́ночка.
— Спасибо, красавица, — он подмигнул соседке.
— Ну уж, скажешь тоже! Все вы мне льстите, — Чи смущенно улыбнулась и погрозила пальцем.
Гай обнял старушку на прощание и побрел в штаб в вечерних сумерках междумирья мимо длинных ветхих общежитий. В штабе и впрямь отправили в секту, Чи не обманула. Инструкции были подробнее обычных заданий — никаких листков, место и время собрания описали устно, а еще сектантскую форму выдали. И понятнее с виду — прийти, понаблюдать, послушать, рассказать. Гай даже проникся, что задание настолько серьезно и так заботливо разжевано. Да и любопытно стало увидеть секту своими глазами — кто ж в своем уме будет поклоняться Гнилому Лову?!
К храму Иста Гай пробрался уже глубокой ночью, когда собрание было в самом разгаре. Логово оказалось спрятано под землей, потолок и узкая щель сверху вместо окон давили. Внутри стоял густой запах крови, на алтаре уже едва кричала молодая девушка.
Гай невольно опустил взгляд, не в силах смотреть на несчастную. Она была крепко привязана к плоскому каменному алтарю. Тело покрыто какими-то сектантскими рунами и разрезами, и внутренности обращались в серую гниль Иста от оскверненной энергии.
Разведчика замутило, и он едва успел повалиться вместе со всеми на колени и поклониться. Стоять на ледяном каменном полу и так ужасно, а еще соседи в сером кланялись с подозрительным стуком. Гай покосился украдкой и заметил на камнях кровь. Вот ведь фанатики! Следуя за молитвой, сосед склонился снова, и Гай повторил за ним. В голове загудело, и Гай едва не завопил. Больно-то как!
Община велела наблюдать и запоминать. Но это оказалось не так-то просто! Тошнило, голова гудела от поклонов, и внутри отдавались крики жертвы, все больше напоминающей гнилое месиво.
«Почему она никак не умрет и до сих пор кричит?» — мучительно морщась, подумал Гай. Сдерживая рвотные позывы, он старательно подражал окружающим, изо всех сил стараясь не выделяться. Вряд ли он сможет узнать что-то кроме молитв Гнилому Лову здесь…
Сбор закончился почти к рассвету. Гай из последних сил едва ли не выполз из храма и, отойдя достаточно, опустился на землю и опустошил желудок. Его страшно полоскало, выворачивая снова и снова. Он никогда еще так плохо себя не чувствовал! Гай повалился на траву, жадно глотая свежий воздух. Тело отчего-то чесалось. Гай закатал рукав и заметил на руке свежую язву. Похоже, контакт с оскверненной энергией не прошел даром! А ведь он был красивым! Девушки же любить не будут…
Гай помрачнел. Ничего, помажет чем-нибудь. И вообще, какие сейчас девушки…
В голове каша. Нужно идти и докладывать, что узнал, в общину, но что? И сказать-то нечего… Все сектанты в безликих плащах, только по головам и пересчитал. Еще что ритуалы раз в неделю в этом храме. Ну и молитву запомнил, но плохо…
Гай почесал ногу и побрел прочь. Точно ругать будут…
