Граждане передавали друг другу самые незначительные детали свершившегося дела, врали кто во что горазд и намного чаще стали появляться у особняка как бы мимоходом, чтобы одним глазком глянуть на потенциального ученика строптивого колдуна. Невзирая на то, что официального приказа не поступало, городская стража моментально подобралась, готовая в любой момент врываться в мрачный дом и арестовывать всех, кто на глаза попадётся — хотя, конечно, им крайне не хотелось этого делать: даже учитывая, что стража есть стража и маг вряд ли захочет с ней без необходимости бодаться, предприятие подобного рода оставалось потенциально опасным для здоровья и репутации. Время пройдёт, ситуация закончится, а вот память — память останется… Через стражников весть просочилась даже в королевский замок, временно прошмыгнула мимо неправильных ушей и дошла до придворных. Словом, всех без исключения волновала не только судьба паренька, но и их собственная — с помощником магистр мог придумать какую-нибудь неприятную гадость.
Один из объектов всеобщего внимания тем временем только-только усаживался за обеденный стол, помятый и вялый, но полный предвкушения. Ему уже доводилось работать: по настоянию брата и зову сердца Макс трудился официантом в одном из популярных в Ярославле кафе на полставки, приносил в дом какие-никакие сбережения и радовал мать ответственным подходом к жизни, но помогать магам ему ещё шанса не подворачивалось.
— Весь город только и болтает, что о твоей новой должности, — проговорил Захария.
Он сидел на прежнем месте в просторной льняной рубахе местного пошива, перед лицом — раскрытая книга бухучёта с каллиграфически выведенными цифрами и именами в ровных строках, в руке — перьевая ручка, неподалёку — полупустая тарелка с кашей и незабитая курительная трубка. В кухне окно он почему-то решил сегодня не зашторивать, поэтому утренние солнечные лучи, подсвечивая белые радужки, падали на тонкую серую кожу беспрепятственно. Редкое зрелище. Поза магистра выражала сосредоточенную серьёзность, однако живые глаза глядели на нового помощника доброжелательно и даже… весело?
Странный он всё-таки человек, непонятный. Вроде забавляется, а вроде и не очень, словно сам ещё не до конца определился со своими чувствами. Такое иногда встречается у молодых — у тех, кто ещё недостаточно долго жил на свете, чтобы точно знать, чего они хотят и что испытывают. Но магистру было никак не меньше пятидесяти, если верить Михейру, Каглспару и… остальным. Казалось бы, за такой временной промежуток можно уже сообразить, когда и что отражается на физиономии. С другой стороны, вполне возможно, что он и не мог сообразить. Очевидно, проблемы с психикой у наставника всё-таки имелись, а при таком раскладе эмоциональная стабильность — редкий гость.
— Это хорошо или плохо? — спросил Максим, присаживаясь напротив.
— Да никак, — ответил колдун, вновь опустив взгляд к книге. — Я просто проинформировал. Задания на сегодня помнишь?
— Поесть, покормить вашу лошадь, сесть за азкарт.
— Азракт, — поправил колдун, внимательно высчитывая доходы и расходы своей лавки. — Всё верно. Как закончишь есть — отведу в конюшню и объясню, что требуется. А пока — приятного аппетита.
Каша, которую он приготовил, чем-то отдалённо напоминала геркулес, только на проверку оказалась немного слаще и гуще. Из какого бы растения она ни была сделана, насыщала одна небольшая миска словно полное блюдо говядины. Уже на половине порции парень осознал, что больше в него не влезет, потом вспомнил, что следующий приём пищи планируется по расписанию только после полудня, поднатужился и одолел остатки.
— Спасибо, Мастер, очень вкусно.
— Пожалуйста, Максимус, очень отработаешь, — колдун отложил ручку. — За мной.
Не дав помощнику толком оправиться от плотной трапезы, он неторопливо и, как показалось Максу, аккуратно обогнул острые углы стола и повёл подопечного к главному входу. Не останавливаясь и даже не замедляясь, он поправлял недостаточно по его мнению ровно лежавшие на полках атрибуты военного ремесла, пока шёл через торговый зал, и юноша сделал мысленно пометку: постараться при возможности ничего тут не трогать.