Возникало чувство, будто они не по делам спешат, а просто беззаботно прогуливаются. И хотя Макс нервничал в присутствии чародея, хотя побаивался ляпнуть какую-нибудь глупость, как это часто случалось с ним на родине, ему всё-таки было приятно вот так брести по широкой садовой дорожке чуть позади от него и слушать спонтанную лекцию о верном наименовании алкогольных напитков.
— Впрочем, в этом мире никого бы не стали волновать такие тонкости, — Захария рассуждал так же неторопливо, как двигался. — И даже не по той причине, что аборигены страны-то такой не знают — Франция, — а по той, что в гробу видали задумываться над подобными вещами. Нам, как людям искушённым, это играет на руку. Я попробовал сымитировать технологию изготовления «Кристалла», но, к сожалению, не хватило образования. Результат неплохой, но от оригинала далёк. Наладить массовое производство не позволила гильдия местных виноделов: на всей территории Паберберда рынок вина не просто переполнен предложением, а
— Круто!..
Убедившись, что наставник закончил повествование, парень указал на кусты, бесконечной густой вереницей тянущиеся вдоль забора слева от дома, и рискнул поинтересоваться:
— А там у вас что, Мастер?
— Красная, белая и чёрная смородина. Крыжовник. Малина. Шиповник. Ирга. Голубика. Ничего особенного.
— Голубика растёт на кустах? — Максим заинтересованно вытянул шею.
— А на чём, по-твоему?
Уши юноши из розовых окрасились в красный — в тон хлеву, вынырнувшему из-за необъяснимо буйных колючих зарослей ежевики уже целиком.
— Я думал, что она… как черника, маленькая.
— Век живи, как говорится, — достаточно спокойно отреагировал на чужую необразованность чародей. — Чуть дальше кизил, барбарис, тёрн и облепиха. Я подумывал высадить ещё рябину и боярышник, но вовремя от этой идеи отказался: персонального желания употреблять эти плоды в пищу у меня нет, а для продажи не годится — в Эпиршире растут куда более полезные аналоги… Кстати, о них: пойдёшь по этой тропе справа — упрёшься в посадки за синей оградкой. Туда ни ногой.
— Уяснил, — отрапортовал Максим, прежде чем наставник уточнит скорость усвоения полученной информации, и добавил на всякий случай: — За синюю оградку ни ногой.
— Посмотрим, — скептически кивнул тот.
Чем дальше они продвигались, тем пестрее становился сад. Раскидистые могучие дубы, взявшие особняк в плотное кольцо и скрывавшие его от солнечных лучей, уступили место тонким и изящным собратьям: проводивший достаточно времени в сельской местности, юноша узнавал высаженные ровными рядами вишни и хурму, но с остальными растениями возникли проблемы — определиться, что за химера перед ним, мешала странная форма стволов и коротенькие веточки. Магистр, лишившись укрытия от яркого света, ускорился. Рискнув предположить, что сегодня наставник расположен отвечать на бытовые вопросы, Макс, разумеется, решил разузнать побольше.
— Груши, — размеренным тоном удовлетворял Захария любопытство подмастерья, — Черешни, абрикосы, сливы, персики и яблони у меня колоновидные. Такие деревья компактнее обычных, их стволы вырастают всего до трёх метров, поэтому можно высадить целый сад на небольшом участке. К тому же, колоновидные деревья дают больше плодов, устойчивее к температурным перепадам и вредителям. Ноу-хау сельского хозяйства. Я из фруктов обычно делаю закатки и продаю, но можно давить сок, варить эссенцию для вина или есть просто так. Королевский двор предпочитает забирать, к слову, свежий урожай — уплата налогов, разумеется, — они персиков и хурму прежде в глаза не видели. Но мне это на руку: многие состоятельные эпирширцы готовы мать родную продать за лакомства из иных миров, так что сад приносит немалые доходы.
— Вы ради денег всем этим занимаетесь?
Колдун снова слегка замедлился и глянул на подопечного через плечо.
— …Мастер, — добавил Максим.
— Последнее предупреждение. И нет, не только, пускай выгода и очевидна. Работа с землёй — неплохая терапия.
И больше не сказал ни слова про сад.