— Как скажете. Но… мне всё равно надо принести тетрадь и учебник… — сомневаясь в легитимности своего возражения, напомнил юноша.
Колдун ничего на это не ответил, только отмахнулся, дескать, делай что хочешь, повернулся спиной к торговому залу и вручную принялся возиться с котлом — сейчас ему было явно не до рутинных обязанностей подмастерья, голову забивали мысли иного толка, так что окружающее не могло его ни заинтересовать, ни отвлечь. Решив, что лучше его без необходимости не дёргать, парень живенько смотался к одинокому, заваленному со всех сторон книгами и бумагами рабочему столику в недрах библиотеки, похватал в охапку всё, что требовалось для чистописания, вернулся в лавку и, стараясь действовать по возможности бесшумно, разместился в указанном месте.
Круглый стол, поверхность которого ремесленник выложил из треугольных кусочков дерева разных пород, производил впечатление предмета дорогого и ценного. Замарать чернилами такую красоту не хотелось бы, поэтому Максу пришлось после недолгой прогрузки информации сбегать наверх ещё раз — за второй тряпочкой для промакивания.
Среди книг и листов с кляксами ему предстояло провести весь день — без малого восемь часов, покуда солнце не сядет и не явится в гости Его Высочество. Правда, сосредоточиться на занятиях юноше так и не удалось. Первой причиной стала всё ещё болевшая ладонь, обожжённая проклятым браслетом, и пусть чародей быстро купировал последствия неосторожного контакта и велел обмотать рану бинтом, держать перо по-прежнему было неприятно. Второй причиной стало то, что слишком много всего услышал Максим этим утром, чтобы взять и, абстрагировавшись, сосредоточиться на изучении иностранного языка — какое ему дело до закорючек и транскрипций, когда со дня на день начнётся война?
Война. Слово, с которым Макс никогда не был знаком по-настоящему. Он родился и вырос в мирное время, его мама сделала всё, чтобы заботливое и справедливое государство не отправило (с недавних пор единственного) сыночка на срочную службу. Для друзей — таких же счастливых обладателей «белого билета» — Максима не приняли в армию из-за слабого сердца, плоскостопия и ещё целого списка невидимых глазу, но крайне опасных для жизни болячек (никого в комиссии не смутило, что этот сердечник занимает призовые места в спортивных соревнованиях), и хотя каждый из его корешей рассказывал не менее слезливую и тоскливую историю, все прекрасно всё понимали. Парень автомат-то впервые в жизни увидел в девятом классе и всего дважды или трижды держал в руках — на уроках ОБЖ, где учили собирать и разбирать классический АК-47 на время, — да с военных сборов слинял в последний момент, прикрывшись справкой о сотрясении мозга.
Справедливости ради, сотрясение-то тогда действительно произошло — с товарищем за Дашку подрались, — но, положа руку на сердце, Максим искренне обрадовался, что травма удачно совпала с датой отправления в этот четырёхдневный армейский бета-тест.
И вот теперь на горизонте снова маячит риск быть вовлечённым в боевые действия. С корабля на палубу, как говорится.
Танками, конечно, в этом мире никого давить не будут. Не случится ковровых бомбардировок с самолётов, не развернётся многолетней окопной войны, не вылезет по полям и лесам блиндажей как грибов после дождя, не ощерятся деревни колючей проволокой и не вырастет печей и газовых камер. В этом мире, кажется, даже огнестрельного оружия ещё не придумали, поэтому Макс, откосив от срочной службы на Земле, не многое потерял. Однако здесь присутствовала магия. В том, что колдуны с обеих сторон примут непосредственное участие в конфликте между Эпирширом и этим Дендрием, ясно и глухонемому, и если бы даже парень почистил годик картошку в какой-нибудь отдалённой сибирской части, это никоим образом не спасло бы ему шкуру… в
С одной стороны, хорошо, что королевства нового мира не знают ещё о ядерном оружии. С другой, Макс не мог с уверенностью заявить, что танки и водородные бомбы принесли бы больше разрушений, чем вооружённые копьями всадники… и их сверхсильная команда поддержки в чародейских мантиях на плечах.