Ученик Истока. Часть I полностью

«Максимус» неожиданно для самого себя на этом месте диалога провалился в пустоту. Словосочетание «кровь Богов» — услышанное им в Цельде, безусловно, впервые — внезапно показалось до мурашек знакомым — единственная загвоздка заключалась в том, что он никак не мог вспомнить, где же натыкался на него раньше. Что-то необъяснимо знакомое, но откуда он знает, кто мог об этом рассказать?.. Копошась в ворохе воспоминаний, он рыл вглубь памяти так рьяно, что, кажется, не на шутку встревожил школяра своим отрешённым видом и потухшим взглядом, но стоило ему лишь на миг отвлечься от раскопок, как загадочная фраза всплыла сама собой, чем изумила Путника едва не до потери речи.

— Не слышал, — поражённо выпучил глаза юноша. — Не слышал, но читал! Боже мой, я… я читал об этом! Вот откуда я знаю про «кровь Богов»!

— Это… это чудесно, — слегка отвёл корпус назад Агнеотис, не до конца понимая, зачем столько восторга в простом на первый взгляд факте. — Прекрасно, что ты… э-эм, знаешь.

— Ты не понимаешь, я про-чи-тал! Господи… Невероятно. Захария был прав: ещё не всё потеряно. Не такая уж я и бездарность лингвистическая, в самом деле. Первые плоды трудов… Надо будет это как-то отметить, что ли?.. Если я потихоньку учусь…

— Постой… А ты не умеешь?

— Не на вашем языке, — всё ещё счастливый, отмахнулся Максим. — Азракт я начал учить, когда Захария меня в подмастерья принял… Чёрт, как хорошо-то, а! Я правда понял, что читал, ты не представляешь, как это здорово! Это победа!

Он в приступе блаженства откинулся на спинку, растёкся по лавочке, забросив обе руки за голову, и мечтательно прикрыл глаза. Остатки беспокоящего сосущего чувства излишнего доверия, которое он оказал Давиду, поведав о своём прошлом, улетучилось без следа.

— У вас очень сложный язык, а у меня всё равно получилось… Правда, тебе это, наверное, кажется так себе достижением. Хотя не важно, поверь мне: это было очень трудно. Я думал, у меня мозги в кашу превратятся — ещё хуже, чем когда этот твой Жан на меня магией воздействовал!

— Настолько? — позволил себе иронично улыбнуться Агнеотис.

— Настолько! — Макс усмехнулся и довольно проурчал: — Из того, что я смог понять, кто-то из богов пантеона Цельды вложил в кровь первому королю Эпиршира немного своей — они смешались, наделив смертного какой-то невероятной силой и властью править остальными людьми… Этот отрывок легенды приводился в одном из словарей. Правильно?

— Если читать эту историю в весьма… поверхностном изложении, — снисходительно согласился Давид. — Впрочем, раз она приводилась в словаре… Вероятнее всего, это была упрощённая версия. Для детей. Позволишь, я расскажу более… подробно?

Глаза Макса жадно блеснули в навалившемся на крыльцо полумраке. Вот-вот его информационный голод будет утолён.

***

Племя первых людей сошло со своих кораблей на полуостров, именуемый ныне Пабербердом, многие века назад, спасаясь от Великой Хвори. Дикое, обездоленное, кочующее с места на место и нигде не способное отыскать пристанище, первое племя скиталось по недоброжелательным землям, сражаясь с бесчисленными чудовищами — гигантами неприступных горных вершин, коварными тварями вековых непроходимых лесов и бескрайних болот, монстрами из ночных кошмаров, порождённых великим и необъятным Хаосом…

***

— Подожди, сразу первый вопрос, — навострил уши Максим. — «Хаосом», говоришь?

— Именно так, — терпеливо поджал губы Давид, раздражённый, что его рассказ сбили с самого начала.

— А… этот Хаос из легенды имеет какое-то отношение к Хаосу, который стал Истоком для Захарии?

— Из истории, — второй раз вынужден был поправить студент. — Это отличный вопрос, Максимус, но буду откровенен: никто точно не знает. Уж я однозначно этой информацией располагать не могу. Понимаешь ли, события, происходившие во времена первых племён полуострова, случились столь давно, что из всех летописей сохранилась лишь история, которую я собираюсь тебе поведать.

— Просто… неловко бы вышло для Мастера, наверное. Знаешь… Что предки королевской семьи сражались с чудовищами, порождёнными его Истоком.

Агнеотис, нахмурившись, задумался. Он раньше особо не придавал этой детали должного внимания и не утруждал себя необходимостью проводить параллели, но теперь, когда Максимус обратил на это внимание…

— Да. Быть может, и правда неловко.

— Ладно, прости, продолжай.

***