Ученик Истока. Часть I полностью

— Иронию я слышу, но категорически не понимаю причины её возникновения, — Давид уставился на него с искренним недоумением. — У Таногольда родился сын, у его сына родился сын — так власть и передавалась. Если рождались дочери, они правили Эпирширом до момента, пока не выйдут замуж, затем власть переходила в руки их законных супругов, а после — их общим детям… Что именно тебя удивляет, Максимус?

— Удивляет меня, что за четыре тысячи лет в их роду ни разу не случилось никакого… форсмажора.

— Как же не случались? Были и внезапные войны, и эпидемии…

— Так я об этом ведь и говорю, — вскинул руку Путник, от удивления заговоривший гораздо громче прежнего. — И за четыре тысячи лет никто из наследников не погиб на поле боя, не заболел какой-нибудь чумой, не был отравлен врагами? Какой-нибудь король или какая-нибудь королева не страдали бесплодием? Как у них получилось протянуть так долго?

— Позволь, — голос Давида разительно изменился, стал твёрдым и даже неприкрыто враждебным: — Династия Гольдов горячо любима народом с первого дня её существования, и даже в самые мрачные и страшные времена истории Эпиршира потомки Солнечного бога не сталкивались с необходимостью «протянуть» ещё немного…

— Нет, ты не так… Вернее, ладно, я не то слово подобрал, — он раздражённо потрепал отросшие на лбу волосы. — Я не имел в виду «выжить», я имел в виду «не прервать фамильную линию».

— По какой причине бы она могла прерваться? — нервно фыркнул школяр, поправляя и без того прекрасно уложенный манжет. — Народ Эпиршира боготворит правящую династию и сделает всё, чтобы…

— Да услышь ты меня, Агнеотис, я же не про народную любовь тебе толкую. Я про то, что в жизни случается… всякое. Понимаешь? Ещё раз: любому, даже самому горячо любимому королю во время битвы может случайно прилететь стрела в глазницу. Даже самый чудесный король может оказаться чисто физиологически не способен к зачатию преемника. Даже самого доброго и справедливого могут убить заговорщики, причём в детстве, не дав проявиться его доброте и справедливости. Столько обстоятельств за четыре-тысячи-мать-его-лет способны были повлиять на крону их генеалогического древа, что у меня в голове не укладывается, насколько же везучими нужно быть, чтобы и по сей день оставаться у власти в целости и сохранности.

Давид, вытянув губы, покивал с куда большим спокойствием — выпад в адрес монарших особ, как оказалось, существовал только в его чрезмерно чувствительном воображении и не имел ничего общего с действительностью. Потом на его губах даже мелькнула тень улыбки.

— Я слышу тебя, Максимус. Но и ты услышь меня. Подобное попросту невозможно с династией наших милостивых монархов, — простодушно ответил он. — Народ Эпиршира и люди иных государств, верные решения и своевременные действия, случайности и совпадения, божественная поддержка и сама Судьба — во все времена всё сущее поддерживало и защищало ветвь Гольдов от смерти и забвения. Будь та защита результатом действий самих королей или стечением обстоятельств, она всё равно существует и неописуемо крепка. Взять даже господина магистра… Буду откровенен, не могу быть уверенным в том, насколько хороший это пример.

— Пример отличный, — покивал Макс и сразу отвёл взгляд в сторону; развивать тему и тем более погружать Агнеотиса в подробности чужих взаимоотношений он не только не рискнул бы, но и даже не подумал бы рискнуть. — В нашем мире сплошь и рядом случались такие истории, что король гиб, не оставив наследника. Или с этим наследником загадочным образом что-нибудь случалось. Один род мог править столетиями, а потом оборваться и исчезнуть в веках за несколько лет.

Лицо Давида до смешного вытянулось, стоило ему услышать подробности быта на Земле в те непростые времена, голубые глаза округлились настолько, что Макс мог спокойно рассмотреть каждый крохотный сосудик в его белках.

— И как… как же вы с этим справлялись? — сдавленно и встревоженно поинтересовался он, очевидно, воображая, с какими ужасами столкнулась бы его родина, случись нечто подобное с Айгольдом.

— За власть боролись другие люди, — Путник поджал губы: не вовремя вспомнились пророческие слова учителя о том, что когда-нибудь его уроки пригодятся парню в жизни, и молчаливая уверенность Макса, что уж что-что, а история Руси и средневековых королевств Европы будущему Олимпийскому чемпиону по плаванию ну вот точно-преточно никогда не понадобится. — Разворачивались войны, люди грызлись друг с другом, потом кто-то побеждал и его короновали. Но во всех странах было по-разному, я особо не в курсе.