— Мне так жаль… — Она дернула головой, словно пытаясь вытряхнуть все слезы из глаз. — Я жалею обо всем. Мне жаль, что все не может быть иначе. Не может быть лучше. Мне жаль, что я не могу быть лучше…
— Но ты можешь. — Винду сжал ее плечо. — Можешь, Депа. Ты должна.
— Я так запуталась, Мейс. — Ее шепот был неслышим на фоне безумия, творящегося в пещере, но бывший учитель буквально почувствовал значение ее слов, словно Сила пробормотала их прямо ему на ухо. — Я так запуталась…
Депа из его галлюцинации… что она сказала ему?
Винду помнил.
— Свет, которым мы являемся, — мягко произнес он, — ярче всего светит в самую темную ночь.
— Да. Да. Ты всегда так говорил. Но что ты знаешь о тьме? — Голова Депы упала на грудь, словно она более не видела смысла в том, чтобы держать ее прямо. — Как может слепец узнать, что звезды исчезли?
— Но они не исчезли, — ответил Мейс. — Они светят все так же ярко. И покуда вокруг них кто-то живет, им будут нужны джедаи. Так же, как сейчас мне нужна ты.
— Я… Я более не джедай. Я ухожу. Я отказываюсь. Я сдаюсь. Я думала, ты понял это.
— Я понимаю. Но не принимаю.
— Это не тебе решать.
Он убрал руку с ее плеча и распрямился, нависая над ней:
— Встань.
Она вздохнула, и по ее губам, залитым слезами, вновь пробежала улыбка.
— Я уже не твой падаван, Мейс. Ты не можешь мне приказывать…
— Встань!
Рефлексы, выработанные более чем десятком лет беспрекословного подчинения, заставили ее буквально вскочить на ноги. Она устало закачалась, и рот ее перекосился от боли.
— Через несколько минут сюда прибудет около тысячи республиканских солдат-клонов.
В ее глазах, казалось, вновь загорелась искра.
— «Халлек»… Он может спасти нас…
— Нет, — оборвал ее Винду. — Слушай меня: это мы должны спасти их.
— Я… я не понимаю…
— Они будут пробиваться под плотным огнем. Вся эта система — одна большая ловушка. Она была ловушкой с самого начала. Отступление сепаратистов — лишь приманка, ты понимаешь?
— Нет… этого не может быть, просто не может быть! — Но свет вновь исчез из ее глаз, и плечи поникли. — Но, конечно же, это правда. Как я посмела думать иначе? Как я посмела думать, что одержу победу?
— Они заманили в ловушку средний крейсер. Не говоря уже о двух членах Совета джедаев. Возможно, «Халлек» уничтожен. Клоны направляются сюда на уцелевших транспортах. Их будут преследовать дроиды-истребители Торговой федерации, более быстрые, более маневренные и вооруженные лучше десантных кораблей. Если наши солдаты окажутся меж истребителями и ополчением, у них не будет ни единого шанса. Мы должны подарить им возможность выжить. Ты должна.
— Я? Да что я могу?
Он распахнул куртку. Ее световой меч выплыл из одного из внутренних карманов и завис в воздухе между ними.
— Ты можешь сделать выбор.
Депа перевела взгляд со светового меча на глаза Мейса и обратно; она смотрела на рукоятку так, словно ее собственное отражение в покрытой смолой поверхности могло нашептать ей будущее.
— Но ты не понимаешь, — слабо проговорила она. — Мой выбор не имеет здесь никакого значения…
— Для меня имеет.
— Неужели ты так ничего и не понял на этой планете? Даже если мы действительно спасем их, это не будет иметь значения. Джунглям плевать.
Посмотри вокруг! С этим невозможно сражаться, Мейс.
— Еще как возможно.
— Это не враг, Мейс. Это всего лишь джунгли. С этим ничего нельзя поделать. Просто таков уж ход вещей.
— Я думаю, — ласково сказал Мейс, — что это как раз ты ничего не поняла в уроках Харуун-Кэла.
Она покачала головой, словно отчаявшись что-либо доказать.
— Не говори мне, что не можешь сражаться с джунглями, Депа, — произнес Винду. — Ведь именно это делают коруннаи. Неужели ты этого не понимаешь? Это первооснова всей их культуры. Борьба с джунглями. Они атакуют их с помощью траводавов и защищаются от контратак с помощью акков. И Летняя война тоже из-за этого. Балаваи хотят использовать джунгли: жить вместе с ними, извлекать из них прибыль. Коруннаи же хотят покорить джунгли. Превратить их в нечто, что не будет пытаться съесть их живьем. А теперь подумай, почему коруннаи так поступают? Почему они стали врагами балаваям? Почему они враги джунглей?
— Загадка для падавана? — горько спросила Депа.
— Урок.
— С меня хватит уроков.
— Уроки никогда не заканчиваются, Депа. По крайней мере, пока мы живы. Ответ у тебя прямо перед глазами. Почему коруннаи борются с джунглями?
Он протянул вперед ладонь, словно предлагая верное решение.
Ее взгляд застыл на рукояти светового меча, плавающего в воздухе между ними, и в бывших учителе и ученице зародилось нечто новое: дуновение легкого ветерка из прохладного чистого места, глоток воздуха, облегчающий душащую ее боль.
— Потому что… — сказала она тихо. Благоговейно. Испытывая трепет перед правдой. — Потому что они потомки джедаев…
— Именно.
— Но… но… ведь нельзя сражаться с естественным ходом вещей…
— Но мы сражаемся. Каждый день. В этом суть джедаев.
Слезы текли из ее покрасневших глаз.
— Тебе никогда не победить…
— Нам, — тихо поправил ее Мейс, — и не нужно побеждать. Нам нужно лишь сражаться.
— Ты не можешь… ты не можешь просто взять и простить меня…
